Плохиш

был точь-в-точь таким же. Он сказал Ане, что у них роно пара минут, и чтобы она пошевеливалась, если не хочет идти в ресторан пешком, и, даже никак не обозначив свое имя, не поздоровавшись, вышел.
— Ты встречаешься со Стасом Онегиным? – вдруг спросила Аня.
Влада надеялась, что смогла хоть немного сдержать эмоции. Откуда она…? Видела их вместе? Но где? Они-то никуда и не успели толком выбраться, разве что разок по пути заехали в продуктовый супермаркет. Но даже если Аня и видела ее (но почему-то не посчитала нужным поздороваться), откуда она знает Стаса?
— Да, встречаюсь, — ответила она. – Ты его знаешь?
— Знаю.
Вопрос «Откуда?» вертелся на языке, но она не рискнула его задать. Зачем? Какой сакральный смысл в том, чтобы узнать что-то из его прошлого.
— Мы встречались, — нарочно растягивая слова, вскрыла подробности Аня. – А потом, я так понимаю, появилась ты и Онегин меня послал.
Встречались. Стас и Аня встречались. Мысль вязкой кляксой растекалась в груди: не ранила, не делала больно, просто немного сжимала сердце и чуть-чуть покалывала ревностью.
«Ты же знала, что у него было много, очень много женщин до тебя, и далеко не все они были просто одноразками из клубов».
Неприятным было лишь то, с каким неприкрытым пафосом Аня выдала это ее «мы встречались». Как будто в их отношениях было что-то настолько выдающее, что оно заслуживало первых полос газет. А между тем, Аня ведь никогда не показывала своих мужчин. Интересно, когда же это было?
Крохотная часть ее хотела знать подробности% когда и почему? Но здравомыслящая и, к счастью, куда более сильная и агрессивная, подавила зарождающуюся глупость. Прошлое – это только прошлое. У них со Стасом оно есть, и вот такие совпадения – всего лишь странная и далеко не самая болезненная его часть.
— Он любит красное, — продолжала жалить Аня. Похоже, у нее до сих пор зудело. Конечно, ведь таких, как она, не бросают ради таких, как девчонка с косой. – И стринги со стразами.
Влада с трудом подавила смех, ограничившись сочувствующей улыбкой. Так и хотелось сказать, что эта колкость была совершенно не ювелирной, но, похоже, Аня была слишком далека от того, чтобы хоть попытаться сохранить лицо.
— Я очень рада, что ты нашла своего мужчину, — ответила почти от всего сердца. – Уверена, он идеально вписывается в твой жизненный план.
Не понятно, какой именно реакции ждала Аня, но точно не той, которую получила. На миг с ее холеного лица сползла маска безучастности, обнажив душу расчетливой стервы, которая не грустит о потере мужчины, но бесится из-за униженного достоинства, из-за того, что и на таких, как она, вешают ярлык «брошенки».
— Вы с ним разного поля ягоды, Егорова, это очевидно. Вот, держи, — она вынула из сумки бумажную салфетку. – Вытрешь сопли, когда этот придурок тобой наиграется.
Влада взяла салфетку, вытерла пару носки сапог и, с обезоруживающей улыбкой, протянула ее обратно. Аня тупо уставилась на грязный клочок бумаги.
— Спасибо, как раз думала, что как-то некрасиво ходить с грязными сапогами.
И, чтобы оставить за собой последнее слово, нырнула в стройные шеренги вешалок.
Прошлое – это просто прошлое. И теперь оно не имеет значения. И потом – ее мужчина сделал свой выбор. Но вот помучить его надо основательно, в качестве маленькой мести.
«Главное себя не замучить, чтобы потом не сдуреть ночью в его футболке».

С китайцами было… туго. От слова совсем. Интересно и очень полезно, перспективно, но до чертиков тухло. Восточный менталитет – это что-то вроде общения с инопланетянами. На языке жестов, который не знаешь. И все же, Стас с удовольствием вникал во все раскрывающиеся возможности, попутно скидывая информацию бесу прямо в режиме онлайн. Тот отвечал скупо и по существу, односложными фразами. Наверняка, будет еще долго дуться, залечивать больное самолюбие. Главное, что они перевернули эту страницу и сохранили бизнес. Остальное исправит время и жизнь. И, наверное, порция отрезвляющего секса с парочкой девчонок. Бес как-то обмолвился, что редко себя этим балует, потому что боится надолго «залипнуть».
Оставалось надеяться, он все-таки сделает исключение. Мысль о том, что Влада до сих пор сидит в башке другого мужика до противного медленно скребла по нервам. И будоражила мысли неприятными образами. Нет, ну в самом деле, Бес не будет дрочить на фотки чужой женщины. Лучше бы, конечно, фотографий Влады у него вообще не было.
В гостиницу Стас вернулся уже затемно. Уставший и голодный, как зверь, поэтому еду заказал в номер. Кто вообще придумал, что китайцы едят одних