Плохиш

она не ворошит прошлое в угоду своему любопытству. Но прошлое – тот еще паршивый гандон, и уйти от него при всем желании невозможно.
— Я же говорила, что ты идеальный для меня, — ответила Неваляшка. – Мне плевать, правда. Знаешь, почему? Потому что я чувствую себя защищенной. В полной безопасности. Даже если комета на землю упадет – ты всегда будешь рядом. Моя семья – это ты. И если придется выбирать, я даже думать не буду.
Хотелось сказать что-то в ответ, но слова как-то разом расплавились под натиском жгучих эмоций. Вот она, его ванильная принцесса: покажет средний палец всему миру, если нужно – и встанет рядом с ним. И будет стоять, даже если вся Вселенная будет тыкать в них пальцами.
— Ты мое все, Неваляшка, — вернул он сказанные ею же слова.
Их личное заклинание

— Я готова. Что скажешь?
Стас как раз отчаянно пытался справиться с запонками, когда Влада вышла из комнаты и покрутилась перед ним, давая возможность оценить наряд, который выбрала для давно запланированного похода в ресторан.
— Эммм…
Стас забыл о запонке, сунул в карман, пытаясь понять, куда делся весь его словарный запас.
Она была в каком-то дьявольским узком и коротком красном платье с полуоткрытыми плечами. Вроде ничего особенного, но цвет так охренительно подчеркивал ее белую кожу, а длинна намекала на…
Словно прочитав бурный поток его грязных мыслей, Влада приподняла юбку, обнажая красивое кружево чулок цвета горького шоколада. И эти ее ножки в туфлях на сумасшедших каблуках размером, кажется, с Эйфелеву башню.
Стоп. Так вот что она имела в виду, когда весь день готовила его к тому, что вечером он должен держать руки при себе. Ну и где был его мозг, когда он соглашался на это и даже думал, будто запросто разрушит ее желание поиграть парой яростных поцелуев?
— «Эммм» — это все, на что ты способен? – Влада как бы между прочим провела пальцами вниз по шее, до самой обнаженной ключицы.
Стас простонал, мечтая лишь о том, как в конце концов вцепится зубами в эту точеную косточку, погладил языком впадинку чуть выше.
— Ты точно хочешь пойти в ресторан… в этом? – Он сделал шаг вперед, и сам себя остановил. Хотелось еще минуту полюбоваться образом, хотя черти внутри уже срывали с нее одежду, завязывали чулки на скрещенных запястьях, делая Неваляшку такой соблазнительно беспомощной. – Я имею в виду, что не могу поручиться за то, что буду держать руки в карманах.
— Конечно будешь, Онегин. – Она подошла к нему, словно в паутину, захватывая его в плен какого-то сладко-горького аромата. – Иначе не видать тебе представление, как своих ушей.
— Что за представление? – воодушевился он, пытаясь погладить ее хотя бы по сгибу локтя, но Влада отвела его руку.
Сама же буквально придвинулась к нему вплотную, поглаживая по животу, ничуть не скрывая, что балдеет от ощущения тугого пресса. Пробежала пальцами по ремню, задевая бляху, опустила ладонь еще немного ниже, вынуждая Стаса с шумом втянуть воздух.
— Блядь, принцесса, к черту ресторан, ну правда. Или опоздаем?
— И не мечтай. – Ее пальцы резко сместись в сторону, и Неваляшка выудила злополучную запонку, вставила ее в петлицы и расправила манжет, любуясь проделанной работой. — Но, чтобы у тебя был стимул…
Она потянулась выше, обнимая его за шею, вынуждая наклониться ближе к ее губам, соблазнительно очерченным ярко-красной помадой.
— Сегодня я буду твоей плохой девочкой, Онегин, — прошептала Неваляшка, буквально разрывая его в клочья своим изумрудным взглядом. Казалось, еще немного – и он, нахрен, сгорит в этом потоке чистого желания, которое она щедро выплескивала. – Твое терпение в обмен на мою покорность и распущенность. Как тебе такая сделка?
Как ему такая сделка?! Стас был уверен, что его сердце пропустило пару ударов, зато воображение мгновенно оживило эрекцию. Блядь, полдня промучился, пока она дразнила его то короткими халатиками, то слизывая с пальцев сладкий крем для печенья в форме тыковок и голов зомби. И вот – снова.
— Даже если я скажу, что хочу видеть твою помаду, размазанную по моему члену? – Он подтянул ее лицо за подбородок, впитывая короткий, полный желания вдох. – Хочу трахать твой рот без чертовых нежностей, так глубоко, что тебе придется быть максимально распущенной и послушной?
Влада сжала губы, сглотнула. Более чем понятный ответ на его вопрос.
— Я согласен, принцесса. И обещаю не прикасаться к тебе весь вечер, пока сама не попросишь.
В конце концов, это будет даже, мать его, интересно!
Выбор ресторана Стас оставил за собой: хотелось повести ее в проверенное уютное