Плохиш

поймал ее за руку, сжал в ладони, как бы между прочим поглаживая ямочку между большим и указательным пальцем. Неожиданная ласка приятно покалывала кожу, расслабляла.
— Слушай, Ладушка, я, увы, не могу позволить себе долгие и красивые уговаривания, да и не умею, если на то пошло, — начал он как-то издалека. – Поэтому, говорю, как есть: ты мне нравишься. Настолько, что я бы предпочел проводить с тобой все свои и твои свободные вечера. И дни, разумеется, тоже. Как тебе такой вариант, котенок?
И свободной рукой откинул челку с глаз. В тусклом свете фонаря его взгляд казался почти черным. Почти таким же притягивающим, как магнит, взглядом Стаса. Каким-то гипнотизирующим.
Она собиралась сказать, что это слишком быстро и вообще, но Тимур осторожно потянул ее на себя, одной рукой продолжая удерживать ее ладонь, а другой поднимая ее лицо за подбородок.
— Офигительные у тебя глаза, котенок. Просто сердце в клочья… — шепнул ей в губы, раскрывая их настойчивым поцелуем.
Хотелось оттолкнуть его, и Влада даже уткнулась ладонями в грудь Тимура… и задохнулась от нежности, с которой его язык скользнул между ее губ. Страстно, требовательно, приглашая попробовать что-то новое, запретное.
— Так и знал, что ты как карамель, — сказал уже без нежности, с каким-то подавляемым хрипом в горле – и притянул к себе, буквально лишая воли.
Это было так горячо, что в виски ударил туман забытья. На мгновение в голове не осталось совсем ничего, кроме приятных ощущений. Она – просто женщина, и она хочет любить и быть любимой. Быть, черт побери, покоренной и завоеванной!
Влада выдохнула, когда Тимур буквально смял ее губы, вторгся в рот жалящим языком и на миг к ее языку прикоснулся теплый металлический шарик.
Она выгнулась, скомкала футболку у Беса на груди, пытаясь отодвинуться. Он тут же разорвал поцелуй – и усмехнулся, облизывая губы.
— У тебя там… — Она не закончила.
— Смущают такие штуки, котенок? – Тимур явно наслаждался произведенным эффектом.
— Нет. – Влада энергично замотала головой – и он снова надежно зафиксировал ее лицо, удерживая ха подбородок. – Просто …
— Просто никогда не целовалась с парнем, у которого пирсинг в языке? – подсказал он. – Не понравилось?
— Твои вопросы смущают, — все еще стараясь хранить хотя бы видимость спокойствия, ответила она. Щеки залило румянцем.
— Это потому что мне нравится тебя смущать, — охотно признался Бес. – Прости, котенок, не буду, если не хочешь. Ну так как? Что скажешь насчет моего предложения? Кажется, с поцелуями у нас сложилось, не находишь? А с остальным мы не будем торопиться.
И чтобы закрепить произведений эффект поцеловал еще раз, теперь уже позволив ее языку наиграться с его «штангой».
Уже ночью, лежа в постели, она снова и снова прокручивала в голове все события минувшего вечера. И не понимала, почему все пошло не по плану. Почему, даже если это не было и близко похоже на тот дикий поцелуй со Стасом, когда она, словно безумная, укусила его за губу, поцелуй с Тимуром не вызвал ни отвращения, ни брезгливости.
И почему она сказала «да».
Стас не появился ни на следующий день, ни через день. И к концу недели тоже не дал ни малейшего намека на то, что ему не все равно.
Потому что Стасу всегда было все равно.
Потому что пришла пора отпустить призрак прошлого и позволить другому мужчине исцелить ее душу.

Две недели спустя

Вода в душе была ледяной. Стас, стиснув зубы, смыл с себя дорожную пыль и усталость двух напряженных недель работы, когда он, словно грызун в долбаном колесе, проводил дни между работой, конференциями, деловыми ужинами, спортивным залом и кроватью, в которую сваливался от усталости.
Сразу с самолета Стас съездил домой и набрал Тимура. Тот охотно отчитался обо всех текущих делах.
«Надо же. Нигде и не накосячил», — отметил Стас, выслушивая его методичные отчеты по проектам, цифры, подсчеты и новых клиентах. Среди которых была парочка «жирных» и перспективных. После таких новостей Стас даже не стал отчитывать друга за то, что тот, судя по всему, все-таки ослушался его просьбы не привозить в загородный дом шлюх: в трубке слышались женские голоса и смех.
— Нет здесь проституток, ты чего, — в ответ на его подколку, ответил Тимур. – И вообще, старик, я остепенился. Две недели в полной завязке.
Стас бы с радостью посмеялся над такими «новостями», но отметил про себя, что хоть они с Бесом были знакомы не так давно, тот никогда не был с постоянной девушкой, предпочитая, как и он сам, разовый секс без обязательств. Потому что держался