Вампиры… Они живут бок о бок с людьми. У них — собственная культура, собственные клубы и бары… и собственные нарушители закона. Полиции совсем не просто расследовать паранормальные преступления. Здесь нужна помощь эксперта. Лучшая из таких экспертов в Сент-Луисе — Анита Блейк. Но на этот раз опасность угрожает самой Аните.
Авторы: Гамильтон Лаурелл К.
когтей.
– Вот это должно значить, что вы – вампир, но вы не вампир.
Приятно, что кто-то в этом уверен. Вслух я сказала:
– Нашлись вампирские шестерки, которые решили поразвлечься раскаленным клеймом, ожидая, когда их мастер проснется на закате.
Она посмотрела на меня большими глазами:
– Мне бы хотелось с вами поговорить не так наспех. И спасибо, что согласились ответить на мои вопросы в подобный момент.
– Я легко впадаю в лекторский тон, – ответила я. – Привыкла быть штатным экспертом по противоестественному.
– Я вам очень благодарна, – сказала она и сказала искренне.
Наконец я повернулась к доктору Норту и внимательно посмотрела ему в лицо.
– Я не беременна. Вы ручаетесь, доктор? Вашим, блин, честным словом, что я не беременна?
Он улыбнулся:
– Клянусь. Руку на отсечение, что внутри вас ничего нет, кроме вас самой. Вы не беременны.
Хорошо, что отвлекающий вопрос Николс дал мне время переварить эту новость. Оно мне было нужно.
Повернувшись к Мике и Ричарду, я оглядела обоих.
Другой интерн стал полотенцем стирать гель у меня с живота, я не мешала. Я смотрела на двух мужчин моей жизни и сказала им, будто они не слышали:
– Я не беременна.
– Мы слышали, – сказал Мика, улыбаясь.
– Ну так скажите что-нибудь.
– Что ты хочешь от нас услышать? – спросил Ричард.
– Вы разочарованы? Довольны? Камень с души?
– Мы ждем, чтобы ты сказала нам, какая реакция тебя не разозлит, – ответил Мика.
Почему-то это меня рассмешило, и смех перешел в плач, хотя я сама не понимала почему. Я свернулась на боку калачиком и зарыдала, а они меня гладили, успокаивали. Доктор Норт и интерны не мешали нам, давали мне выплакать напряжение и страх, а под всем этим – маленький-маленький кусочек сожаления.
Микроскопическая крошка сожаления сменилась чувством облегчения размером с планету. Уезжая из больницы, я хотела прыгать до потолка и орать всем знакомым и незнакомым, что я не беременна. Этого я делать не стала, но вот так меня повело от облегчения. Как будто я была радостно пьяна. Настолько меня повело, что Мика предложил, что за руль сядет он. Случилось два чуда сразу: я согласилась, и Ричард не стал спорить, что он должен вести. Вообще Ричард был удивительно тих. Без единого слова он сел на заднее сиденье, и по лицу его было видно, что мысли у него очень серьезные. Я не стала выяснять, потому что ни о чем грустном думать была не в состоянии.
Клодия и Лизандро сели рядом с Ричардом. Такие все трое широкоплечие, что я подумала про себя, влезут ли – влезли. Ноэль сел совсем сзади, Тревис поехал с Грэхемом и Иксионом на другой машине.
Я достала мобильник сообщить Жан-Клоду, потом сообразила, что мобильник мне для этого не нужен. Достаточно было чуть-чуть приоткрыть метки и ощутить прохладный шнур силы.
– Анита, что ты делаешь? – спросил Ричард.
– Радую новостями Жан-Клода.
– Пожалуйста, по телефону, когда мы так близко и деваться некуда.
Я оглянулась на него – даже от такой малости он покрылся гусиной кожей. Подумала я было не обращать внимания, но это было бы жестоко, а жестокой я не хотела быть. Но тут же меня избавили от выбора: Жан-Клод шепнул у меня в голове:
– Ma petite …
Ричард зажмурился, будто ему стало больно, но я знала это выражение его лица: ему не было больно, ему было хорошо. И вот именно это ему и не нравилось.
Я сказала вслух:
– Я здесь.
Он зашептал прямо у меня в голове:
– Можешь ничего не говорить, ma petite , я читаю прямо с поверхности твоего ума, так громко ты это думаешь. Ты не беременна.
Я подавила желание подпрыгнуть на сиденье и ответила:
– Да, да.
Я ощутила, что он улыбается.
– Я очень рад, что ты этому рада. У тебя такой душевный подъем, будто ты летаешь.
Именно такое было у меня ощущение, так что я просто согласилась.
Нитка тепла Ричарда протянулась через мой разум, но заговорил он вслух, сразу для меня и для Жан-Клода:
– Вы не могли бы прекратить, пока мы все сидим тут в машине?
Голос Жан-Клода будто стал громче, заполнив нас обоих:
– Обсудим эти радостные новости потом.
И он пропал.
Я повернулась к Ричарду, чтобы его видеть.
– Чем тебе это мешает?
– Не хочу я, чтобы он прямо сейчас залезал мне в голову.
Голос Ноэля сзади:
– Простите, я не могу заниматься, когда по всей коже сила ползет.
Я посмотрела на Клодию:
– Ты тоже чувствовала?
Она попыталась подавить дрожь:
– Обычно я чувствую, когда вы включаете триумвират, но сегодня
