Пляска смерти

– И это означает – что?
– У вас такие силы, каких я много столетий не видал.
– Ты еще не видел мою силу в действии.
– У вас есть слуга-вампир. Есть подвластный зверь. Вы добываете себе силу, как это делают мастера вампиров. Вы питаетесь сексом, как Жан-Клод, как Белль Морт. Это для вас не дополнительная возможность, не добавочная сила от Жан-Клода. Вам необходимо питаться, как если бы вы были вампиром воистину. Да, не кровью, но вожделением.
– Да, я суккуб.
Я попыталась не особо задумываться над тем, что только что признала, произнесла это между делом.
– Вы стараетесь об этом не думать?
– Да, потому что это меня пугает.
– Но ты это признаешь?
Вопрос задал Адонис.
– Почему нет? – пожала плечами я.
– Мало кто сознается в том, чего боится.
– От этого не будешь бояться меньше, – ответила я.
– А я обнаружил, что будешь, – ответил он своим настоящим голосом. Это уже была не игра.
– И чего же боишься ты? – спросил Ашер.
– Ничего такого, о чем готов рассказать мастеру-шестерке.
– Не будем переходить на личности, – сказала я. – Не будем отвлекаться от разговора.
– И о чем же вы хотите говорить, миз Блейк?
– Ты сказал, что приехал искать ответы насчет Дорогой Мамочки. Задавай свои вопросы.
– И вы на них ответите? Вот так все просто?
Судя по интонации, он мне не верил.
– Не могу сказать, пока не слышала вопросов, но это возможно. Давайте перестанем компостировать друг другу мозги и притворимся, что мы оба цивилизованные существа. Спрашивай.
Тут он засмеялся, и это был всего лишь смех, а не ощутимый на ощупь звук Жан-Клода, или Ашера, или Белль Морт. Просто смех.
– Наверное, я так стар, что забыл, как это – просто разговаривать.
– Потренируйся со мной. Задавай вопросы.
– Она просыпается от своего долгого сна?
– Да.
– Почему вы говорите с такой уверенностью?
– Я видела ее во снах и в… – Я поискала слово.
– Видениях, – подсказал Ашер.
– Не совсем. Видения – это какая-то потусторонняя блаженная хрень, а тут все было совсем не так.
– А как было? – спросил Мерлин.
– Она послала однажды призрачную кошку, иллюзию. Кошка будто забралась внутрь меня, мы ехали в джипе. Она пахнет ночью, тихой тропической ночью, жасмином и дождем. Она меня однажды едва не удушила вкусом дождливой ночи. Белль Морт это делает ароматом роз.
– Вы приравниваете их силы? – спросил он.
– Ты спрашиваешь, одинаковы ли их силы? – уточнила я.
– Да.
– Нет.
– В чем именно нет?
– Я видела в одном видении или сне, или как эту хрень назвать, как она поднялась надо мной огромным черным океаном. Она вздымалась, как живая ночь, превратившаяся во что-то реальное и отдельное. Как будто ночь – не просто отсутствие света, а что-то самостоятельно существующее, живое. Она – причина тому, что наши предки жались ночью к огню. Из-за нее мы боимся темноты. Она – страх, живущий во всех фибрах нашего бытия, в том, что идет еще от древних ящеров. Не потому мы боимся ее, что боимся темноты, а темноты мы боимся из страха перед нею.
Я вздрогнула, внезапно похолодев. Ашер снял с себя смокинг и набросил мне на плечи. Дамиану пришлось переложить мне руку на шею сзади, чтобы сохранить контакт. Я не стала спорить.
– Это правда, – сказал Мерлин голосом, где чуть-чуть блеснул страх. – Она просыпается.
– Да, – сказала я и взяла руку Ашера в ладони – мне нужно было что-то успокаивающее.
– Белль Морт думает, что это ее сила пробудила слуг Матери.
– Это не так, и ты это знаешь.
– Они просыпаются, потому что просыпается она, – сказал он.
– Да.
– Почему ее так интересует какая-то слуга-человек? – спросил Адонис – не грубо, а так, будто действительно хотел знать.
– Я думаю, ее интересует не слуга-человек, а некромантка. – Он посмотрел на меня, и вновь я подавила желание взглянуть ему в глаза. Не в ментальных фокусах дело – просто привычка: когда разговариваешь с кем-то, глядишь в глаза. – Вы знаете, миз Блейк, что это был ее приказ – убивать всех некромантов прежних времен?
– Нет, – ответила я, – я этого не знала.
– Она приказала, чтобы всех, обладающих вашими способностями, убивали до того, как они наберут силу.
– Я это даже как-то могу понять.
– В самом деле?
Я кивнула, сжала руку Ашера, прижалась теснее к руке Дамиана.
– Я могу зачаровать вампира взглядом, как вы чаруете нас.
– Это действительно так?
Я поняла, что сказала слишком много, разоткровенничалась.
– Мерлин, я сегодня слишком устала для ментальных игр. Когда она нам обоим сегодня закомпостировала