Пляска смерти

не глупо, Анита. Чувства не бывают глупыми, они только иногда заставляют нас чувствовать себя глупцами.
Я отодвинулась, посмотрела ему в лицо.
– Тебя все устраивает, что мы сегодня делали. Ты не думаешь, что это было зло или что-то в этом роде.
Он чуть пощекотал меня под подбородком.
– Это у тебя голос Ричарда в голове, а не мой.
Я кивнула. Он был прав, по крайней мере частично.
Мика отошел повесить рубашку в гардероб. Натэниел вытянул ко мне руку.
– Сними свой халат, я хочу обнять тебя – голую и теплую.
Я хотела того же – и вряд ли могла бы придумать что-нибудь лучше, но все еще колебалась. Руку его я взяла, но халат не начала снимать и на кровать не полезла.
Мика подошел ко мне сзади, обнял и прижался. Я повернулась, тихо ахнув:
– Ты голый!
Он озадаченно наморщил лоб:
– Мы же всегда спим голые.
Я покачала головой:
– Но… – И тут я поняла, что мне не так. До сих пор я типа знала, что у Жан-Клода бывали любовники. В смысле, знала, что они с Ашером и Джулианной были истинным mйnage а trois . Но это были воспоминания и теория. До сего дня это все не было фактом.
Я попыталась вложить это в слова.
– Я знала – в теории, – что ты любишь и мужчин, и женщин, – сказала я, глядя на Жан-Клода. Он был совершенно недвижен. Казалось, мигни – и он исчезнет.
– Но теперь ты знаешь на практике и думаешь обо мне хуже, – сказал он голосом таким же невыразительным, как его лицо.
– Нет, не хуже, но… – Я попыталась начать снова. – В колледже у меня была девушка… то есть подруга… то есть девушка, которая была просто подругой. Мы с нею вместе ходили по магазинам, ночевали друг у друга. Я при ней спокойно раздевалась, поскольку она девушка. А ближе к выпуску она мне сказала, что она гомосексуальна. Мы остались друзьями, но для меня она перешла в категорию парней. Не станешь же раздеваться перед человеком, для которого ты – возможный объект секса. Или спать с таким… да ну, черт побери! – Я посмотрела на Мику. – А тебе не дико сейчас будет спать голым рядом с ним?
Мика рассмеялся:
– Ты сильнее стала тревожиться о моей добродетели?
Я нахмурилась:
– Нет, я… – Я толкнула его так, что он пошатнулся. – Да ну тебя!
Но я начала улыбаться, а это значило обычно, что спор я проиграла. Впрочем, я не уверена, что здесь был спор.
– Никак не умаляя привлекательности твоего Нимир-Раджа, ma petite, я все же думаю, что сумею сдержаться.
Едва заметный намек на веселье был на лице Жан-Клода.
Я посмотрела на Натэниела, который старался не расплыться в улыбке. Еще чуть-чуть – и все будут надо мной смеяться, а я такого не люблю.
– А ну прекратите, все!
– Что прекратить? – спросил Натэниел сдавленным голосом, и в глазах его прыгали чертики сдерживаемого смеха.
– Не смейте надо мной ржать!
– Ты подумала, что я, впервые за многие годы отведав мужчину, теперь буду зверем на всех бросаться?
Непроницаемость уплывала с лица Жан-Клода, в глазах появлялось веселье, подергивались уголки рта.
– Нет, – ответила я, сама слыша мрачность своего голоса.
– Ты думала, что мы с Натэниелом будем вести себя теперь при Жан-Клоде более застенчиво, повидав его с Огюстином?
У Мики тоже уголки рта подергивались.
Я мрачно посмотрела на них на всех:
– Может, и так.
– Анита… – Мике пришлось прерваться и подавить улыбку, грозившую вырваться на свободу. – Анита, – снова начал он, – ты помнишь, когда я пришел к тебе, я думал, мне придется отдаваться Жан-Клоду. Вся община вампиров и оборотней считала, что ты, Ричард и Жан-Клод – истинный mйnage а trois . И я эту возможность учел еще до того, как просил тебя сделать меня твоим Нимир-Раджем.
Я посмотрела на него серьезно:
– И это тебя не отвращало?
– Нет. Я мужчинами не интересуюсь, но у меня нет тех заморочек, что есть у тебя с Ричардом.
– Ты меня с ним не сравнивай, – сказала я, готовая разозлиться.
– Если бы рядом с тобой спала другая женщина и была голая, у тебя были бы те же проблемы, что и у него.
– С женщинами-леопардами я спала в одной постели.
– Но ни ты, ни они не были голыми, – напомнил он.
Я стала было спорить – и остановилась. Может, он прав?
– Ну… не знаю, я… я могла бы спать голой – если только спать – с другой женщиной. Не думаю, что мне бы понравилось. Я бы предпочла спать между двух мужчин.
– И это хорошо, – сказал он, – но если бы точно знала, что та женщина видит в тебе потенциального партнера, ты бы по-другому к ней отнеслась.
– Ага. Она бы попала в категорию мальчиков.
– Если рассуждать, как ты, мы с Натэниелом тоже должны