По дороге быстрее

кроме содержимого моего пространственного артефакта, которого здесь всё равно никто не обнаружит. А вьючные корзины пусть смотрят сколько хотят, там только всякий, никому не нужный хлам и припасы на дорогу тут же и купленных в последние дни. Ну а Нари с нами не было. На самом деле, а не потому что стала невидимкой. Девочка покинула город самостоятельно на день раньше и должна была дожидаться в условленном месте.
Ушли из города хоть и со скандалом, но абсолютно без проблем. Самое главное, никто нас не преследовал. Слежку тоже не обнаружили. Однако, как и договаривались, Нари сразу присоединяться не стала, а какое‑то время путешествовала сама чуть в стороне невидимкой. Заодно всё проверила и убедилась в отсутствии хвоста. То есть, больше таких умников, как тот безымянный маг, не было. Если кто другой что‑нибудь и заподозрил, то не был настолько уверен в своих выводах чтобы организовывать преследование.
Границу пересекли как‑то незаметно. Не додумались местные её как‑то оборудовать или хотя бы обозначить. О выставлении таможенного пункта тем более речь не шла.
— Почему так? — обратился я к Алиене. — Если бы эти королевства были лучшими друзьями и союзниками, ладно, подобное доверие понять можно, но я не раз слышал, что они на ножах и постоянно воюют.
— Именно поэтому, — ответила подруга.
— Не понял?
— Эти земли слишком часто меняют хозяина, нет смысла что‑то организовывать.
— То есть, таможни нет вообще? — не поверил я.
— Конечно, есть! Её роль играет стража пограничных городов с обеих сторон. Достаточно далеко от границы, чтобы не опасаться за территорию в случае не слишком серьёзной войны. Есть ещё одна причина — это единственная дорога, идущая через эти города. Пешком или верхом обойти можно, но караван с телегами никак не проскочит.
— Понятно.
У нас телег не было, поэтому решили пограничный город обойти. К счастью, отмеченная на официальной таможне подорожная не требовалась. От контрабандистов, везущих свой товар не телегами и кораблями, а мешками и сумками, никогда и никакими силами не избавишься. То есть подобный подход, когда на них смотрят как на неизбежное зло и активно не борются, имеет право на существование не только по военным, но и по экономическим причинам, не сильно уступая в эффективности мне привычному.
Как кто‑то правильно заметил: где есть цивилизация, есть и воры. Ну так вот, как только этой цивилизации удаётся построить больше чем одно государство, кроме воров появляются ещё и контрабандисты. Нам даже не пришлось особо напрягаться, чтобы найти следы их деятельности. Это была готовая удобная тропа, ведущая в обход. Она сворачивала с официальной дороги, совершенно не скрываясь.
В любом другом случае можно было бы подумать, что это ответвление ведёт в какую‑нибудь деревню. Но мы‑то точно знали, тут между двумя пограничными городами нет никаких других населённых пунктов. Следовательно, эту тропу протоптали контрабандисты и прочие личности не желающие попадать под лишнее внимание властей, а лишним они считают абсолютно любое.
— Не знаю, куда эта тропа нас приведёт, но точно мимо города, — обратился я к спутницам. — Осталось решить, как поступить, пойдём по ней или попробуем проторить свой собственный путь по лесу?
— Лучше по дороге, — предложила Алиена. — Если окажется, что ведёт совсем не туда, всегда сможем свернуть и искать свою.
Я сам придерживался примерно такой же точки зрения, поэтому так и сделали. Очень скоро поняли, что совершили ошибку. Во — первых, тропа вела по таким диким зарослям, что свернуть в любой момент было весьма сомнительно. Даже пешком и в одиночку, а верхом и с вьючными лошадьми, вообще без шансов. Не исключено, что вообще таких мест удобных не будет.
Но это ещё полбеды. Если тропа идёт в нужную сторону, то вообще не проблема. Самое плохое, что мы почему‑то решили, будто дорога, по которой ходят исключительно преступники — безопасна. Парадоксальное утверждение, основанное на заблуждении будто эта публика грабит исключительно невинных, а своих не трогает.
Я ладно, мозг засорён средствами массовой информацией, где в фильмах у иностранной мафии честь, а у наших бандитов понятия. Ага, три раза. Тот, кто склонен нарушать законы, тот и будет это делать вне зависимости от того, государственные они или частные. Мало того, как раз те самые неписанные понятия, нарушаются в первую очередь и наиболее охотно. Ведь вор на то, что его обокрали жаловаться не побежит.
Поэтому нашлись и те, кто промышлял на контрабандной тропе. Почему бы и нет, ведь крупных караванов с большой охраной тут точно можно не ждать, а устроить засаду на совсем небольшой, или одинокого путника сами боги велели.