По ошибке!

в мире. Он спускал меня так, чтоб я успевала привыкнуть к температуре. Погрузившись в ванну по шею, я закрыла глаза от удовольствия. Я не видела, что он делал, только слышала и чувствовала. Я чувствовала, с какой осторожностью он прикасался к моей шее, намыленной губкой. Как его пальцы задевали мою кожу и вызывали по ней предателей мурашей. Он спускал губку вниз по шеи и на секунду остановился около груди. Черт если я могу скрывать, то, что чувствую к нему и молчать, то мое тело на это просто не способно. Оно словно с ним заодно. Соски встали колом, и внизу живота началось приятное беспокойство. Игнат продолжал меня мучить. Он наводил и сжимал губку на моей груди. Спускался до живота и поднимался обратно. Я слышала, как участилось его дыхание, и молила бога не задышать также. Когда губка в очередной раз проводила по моему животу, то наверх она больше не вернулась. Когда я почувствовала ругу Игната между своих ног, я боялась открыть глаза и, увидев его взгляд — провалиться в нем. В этот раз губку Игнат сжимал сильнее. Я услышала, как он зарычал, когда сама была в шаге от воя.
— Черт!
Поля я готов мыть тебя каждый день, несколько раз в день! Его голос был низкий и хриплый.
— Я больше не могу сдерживаться!
Включив душ, Игнат нанес шампунь мне на голову и нежными движениями стал массировать ее. Он тем самым отвлекался, успокаивался, по крайней мере, мне так показалось. Каждое его движение было осторожным! И с душой что ли. Да, я, и сама была рада, что это терзание закончилось. Мне было труднее, чем ему! Подняв меня на ноги, Игнат смывал с меня мыльную воду. Потом прижал к себе одной рукой, другой потянулся за полотенцем. Его майка пропиталась влагой об мою мокрую кожу, и я чувствовала тепло его тела. Еще я чувствовала его член просящийся наружу! Его большой член. Пусть он причинил мне только боль, но я знала, что он способен и свести с ума от наслаждения, доказательством тому была блондинка!
Нет, я наверно точно не в себе и у меня проблемы с головой. Так не ведут себя избитые и изнасилованные девушки. Мне не могло нравиться все то, что произошло со мной я ведь не мазахистка.
— Тогда черт подери, почему мне нравиться Игнат?
— До дрожи, до трясучки!
Головой я понимаю, что бежать от него нужно куда подальше и забыть, а когда он рядом, да еще и так прикасается, я попросту боюсь сломаться и стать пустышкой, над которой поиздевались и выбросили. Да у него есть чувство вины передо мной, причем резкая смена поведения меня пугает и вся эта забота и нежность с какой стати? Ладно, я поняла, он знает, что я не та кто им была нужна, про мою семью знает, про Савельевых, но зачем со мной возиться? Зачем все это? Боится, что я на него заявлю? Тут мне бояться нужно, а не ему! С ними свяжись, с тебя проститутку последнюю сделают и не поверит никто, это мы уже проходили.
Мои мысли прервал резкий холод, я даже заметить не успела, как лежала в кровати.
— Я уже скучала по теплу Игната, я хотела вернуть его тепло! Съежившись немного под одеялом, я ненавидела себя за свои желания! Игнат вышел из комнаты и быстро вернулся, неся в руках майку.
— Извини, но это все что у меня есть. Завтра присмотрю тебе что-нибудь. Он помог мне в нее влезть и поправил валик под головой рекомендованный доктором.
– Я сейчас вернусь, ты поешь и потом сможешь отдохнуть.
Принеся с собой бульон и хлеб, Игнат кормил меня с ложечки как маленького ребенка. Со стороны я, наверное, смотрелась как умалишенная с потупленным взглядом, смотрящим в никуда. Но то, как я выглядела, меня сейчас заботило меньше всего. Мне оставалось теперь только ждать когда мне станет лучше чтоб сбежать и забыть об этой истории навсегда!
— Забыть Игната!

На улице уже второй день пасмурно иногда идет дождь и как только солнце исчезает, в городе становиться холодно. И в доме было прохладно!
У каждого дома есть свой запах! Дом Игната имел свой неповторимый аромат, как и его хозяин. Я не чувствовала себя неловко или неуютно. Наоборот мне в этом доме нравилось все! Он не был современный и этим привлекал. Это не дом холостяка! Этот дом обжит временем. За три дня нахождения в нем я чувствовала себя как у себя дома — хорошо.

Сегодня третий день моего пребывания здесь. Больше Игнат меня не мыл и в туалет не водил. Я чувствовала себя лучше и могла сама с собой справляться. Но он все равно был рядом почти всегда. Я знала, что он стоит за дверью, и ждет, когда я выйду. В ту ночь после принятия ванны я проснулась под утро. Свет от уличного фонаря освещал мою комнату и лицо Игната. Он крепко спал на полу, подстелив подушку под голову. Я наконец-то смогла посмотреть на него,