По секрету с того света

был несколько изменен план отъезда. Наталья с Лешиком должны были отправиться домой, откуда подруге, прихватив собаку, следовало заехать за мной на машине. Мне же в свободный промежуток времени (при этом Наташка бросила на меня многозначительный взгляд) надлежало «съездить за путевкой».
Улучив момент, когда Лешика не было рядом, я дернула подругу за рукав блузки и прошипела:
– Ты хорошо все обдумала? Куда мы сегодня, на ночь глядя, приедем? Выезжать следует не позднее шести утра. Поедем завтра…
– Тихо! – яростно прошипела она в ответ. – Все идет по плану, обсудим по дороге.
Оставшись одна, я быстренько убралась, потом подумала, налила себе еще чашечку кофе и позвонила следователю на работу. Вопреки моим ожиданиям, он оказался на месте. Я сообщила, что, следуя его совету, отбываю на отдых к свекрови, и попросила помочь с установкой охранной сигнализации в квартире. Моя идея была воспринята с энтузиазмом и воплощена в жизнь, можно сказать, моментально.
Через полтора часа позвонила подруга и известила, что через двадцать минут выезжает. Одновременно дала наказ, чтобы я прихватила купальник, сменную одежду и теплые вещи. А еще – пару пледов.
Выдержкой я всегда славилась…
Выехали мы в три часа, основательно загрузив машину всякой, на мой взгляд, дребеденью. На заднем сиденье королевой восседала Денька. До поворота с кольцевой автодороги на Ленинградское шоссе Наташка явно нервничала за рулем, крыла позором и непечатными выражениями всех водителей, «путавшихся у нее под колесами». Впрочем, непечатных выражений, кажется, осталось «с гулькин нос», основная часть таковых все чаще и чаще встречается в изданных литературных произведениях.
Кольцевая была забита основательно. Вероятно, в массовом количестве начали возвращаться в город отдохнувшие на грядках дачники. Заторы создавали машины с закипевшими радиаторами: день был жарким и душным. До Ленинградки мы добирались более часа.
На Ленинградском шоссе Наташка повеселела. Только я решилась было спросить о неприятностях, грозящих свалиться на наши головы в самое ближайшее время, как она заговорила сама:
– Слушай, ну я тебе не устаю удивляться! Это ж надо иметь такую выдержку! Ни одного вопроса! На твоем месте я от злости уже наизнанку бы вывернулась! Вот зараза, а! – Последняя фраза относилась к спидометру. – Не работает, а ведь два мужика дома на содержании! Придется ехать «на глазок». Кстати, звонившего Николаем зовут, – продолжила она без всякого перехода. – Похоже, нам действительно стоит задуматься и с большей осторожностью вести раскопки…
– С этого места поподробнее, пожалуйста, – попросила я.
– Не перебивай! У меня мысли в разные стороны как тараканы разбегаются. Сама не пойму, зачем мы едем в этот Реченский, когда следует смотаться туда, где нас трудно будет отыскать? Например, к твоей свекрови… Наверное, из чувства противоречия.
– Просто у тебя конечности плохо с головой дружат, – разозлилась я. – Может, стоит остановиться и, как ты говоришь, «задуматься»?
– Да ладно тебе, – отмахнулась Наташка, – повернуть назад всегда успеем… Этот Николай действительно заявил, что мы зря затеяли собственное расследование, поскольку и без нас есть кому разобраться в случившемся. Мы якобы только все запутываем. Более того, он уверен, что в нашу, то есть твою, то есть, тьфу на вас, запуталась окончательно, Димкину квартиру могут заглянуть незваные гости, а если мы с тобой некстати окажемся дома… Короче, гости могут обидеться и… – Подруга примолкла.
Я тоже молчала, размышляя над нерадостной перспективой, потом все-таки спросила:
– И что этот Николай предлагает? Бросить квартиру вместе с вещами на произвол судьбы?
– Он сказал, что никому наши шмотки не нужны. Потом предложил подумать, куда мы можем уехать дней на десять. Обещал даже отвезти. Сегодня в десять вечера должен звонить.
– Как звонить? Нас же нет дома! – удивилась я.
– Нет и пока не будет. Пошли они все! Козлы! – рявкнула подруга. – Неизвестно, куда бы он еще нас завез… Представляешь, он мне сказал, что вологодская родственница из меня никакая!
– Да-а-а… – протянула я, выразив таким образом мнение по поводу всего услышанного, затем поделилась своими соображениями: – Похоже, в квартире спрятано нечто, за чем кто-то упорно охотится. И Николай определенно это знает. В таком случае, почему бы не поделиться своими знаниями с нами? – спросила я, и Наташка согласно кивнула головой. – Значит, он не заинтересован в том, чтобы это «нечто» нашли мы. А не заинтересован он, может быть, потому, что связан с убийцей Олега…
Встречная машина мигнула фарами, и Наталья сбросила скорость.