По секрету с того света

тазом. Лешик хмыкнул и попробовал что-то добавить, но подруга, окинув сына грозным взглядом, вопросила:
– Кстати, а когда ты мыл посуду в последний раз?
Лешик мгновенно исчез.
В девять часов утра позвонили по телефону, который дал следователь. Минут через двадцать на машине аварийной службы явилась бригада сантехников. Шума, я думаю, мы уже наделали достаточно, убеждать кого-то в необходимости их приезда не было.
Нам предъявили ордер на обыск, по всем правилам представили понятых, и работа началась. Пока простукивались стены и полы в поисках тайника, мы заскучали и стали потихоньку огрызаться друг на друга по принципу «сама дура». Лешка в развлечении участия не принимал, резался с компьютером в шахматы. Через некоторое время – часов мы не наблюдали – стало понятно, что обыск закончился безрезультатно. Понятых после подписания протокола отпустили. «Сантехники» были злые и пару раз прошлись по части бестолковости некоторых добросовестных граждан, желающих непременно расшибить лоб, выполняя просьбы следственных органов. Спецовка на коленках «сантехников» была мокрая – под мойкой мы не смогли вытереть все досуха. Обстановку окончательно накалили соседи снизу, явившиеся поинтересоваться, кто конкретно виноват в протечке: мы или РЭУ. Один из «сантехников» почесал макушку под фирменной кепочкой и коротко брякнул: «Разберемся», что вызвало шквал негодования. В результате «специалистам» пришлось спуститься вниз, осмотреть результат моей халатности и заверить хозяев, что завтра к ним явится человек, который составит акт, оценит размер ущерба, после чего вопрос компенсации будет решен. Мы подозревали, что за наш счет.
После ухода спецкоманды воцарилась долгожданная тишина, и мы с чувством хоть и плохо, но все же выполненного долга, уселись завтракать. Позвонил Сергей, и Наталья, не ответив на его «добрый день», передала трубку мне. Сергей просил найти и держать под рукой документы на куплю-продажу двухкомнатной квартиры, поскольку уже есть два варианта обмена. Подробности вечером. Сообщение порадовало, и я спешно сорвалась с места искать документы. Ясно помнилось, что папку с документами я укладывала в одну из коробок, но вот в какую? Мысль о том, что придется разбирать баррикады, не радовала.
– Что ты ищешь? – раздался за спиной голос Натальи.
– Подожди, – отмахнулась я, судорожно вспоминая, куда могла запихнуть пресловутую папку.
– Я спрашиваю, что ты ищешь? – повысила голос подруга. – Если документы на квартиру, то они в коробке с кассетами, дискетами и фотографиями. На коробке так и должно быть написано.
Через несколько минут я держала в руках вожделенную папку. Искомый договор спокойно лежал в ней. Я с облегчением перевела дух. Проверив наличие печати и подписи руководителя фирмы на договоре, я вдруг насторожилась. Определенно, я уже где-то встречала эту фамилию. Причем явно не в фирме. Молниеносно прокрутив в голове все возможные варианты и не найдя подходящего, я успокоилась – мало ли на свете однофамильцев. Однако через некоторое время эта фамилия вновь завладела моим сознанием. Теперь окончательно, поскольку к ней примешалось интуитивное чувство опасности. Это было уже серьезно. Моя интуиция – тонкая штучка. Это признавали все. Пока еще ни меня, ни окружающих она не подводила. Единственный раз, когда я ее не послушалась – это разъезд. Ничего хорошего и не получилось. Наташке фамилия руководителя фирмы ничего не сказала, Лешику и подавно. Тем не менее, все прилагали массу усилий, чтобы вызвать хоть какие-нибудь ассоциации, связанные со злополучной фамилией. Бесполезно.
– Правильно говорят, – поучительно заметила подруга, – плохо, когда не знаешь, да еще и забудешь…
От нечего делать позвонили Листратову, но его на месте не оказалось. Ситуация казалась тупиковой. Мне просто не сиделось на месте – состояние, близкое к истерическому. Тщательный обыск, проведенный специалистами, ничего не дал, следовательно, разгадка преступления в ближайшее время не предвидится. Так все надоело! В конце этой недели возвращаются дети. И что я им скажу? Лучше бы я не разменивалась. Надо было продать дачу и купить Димке квартиру. Кстати, дача! Провались пропадом этот Листратов с его требованиями. В конце концов я не преступница. Просьба Листратова выполнена – соседей затопили по полной программе, обыску посодействовали, теперь я свободна. Могу мотануть на дачу. Наталье тоже надо отдохнуть. Возится со мной, а ведь скоро на работу. Конечно, уехать именно сегодня я не могу – нужно дождаться Сергея с его вариантами обмена… Ох, похоже я теперь до конца своей жизни буду меняться. И во всем виноват только один человек – Димка. Если бы он не стал алкоголиком,