По секрету с того света

обещал, что скоро решит вопрос с квартирой. Они сменят адрес. Сережа тихо закрыл дверь, поднялся вверх по лестнице к чердачному люку и там разревелся. Жизнь разделилась на две половины: до этого события и после. Вернувшись домой, он не подал виду, что знает правду. Даже лучшему другу Димке ничего не сказал. Ему было стыдно, что он детдомовский. В его понимании все детдомовские были какие-то неполноценные. Мать каждый день провожала его до самой школы, а к концу уроков приходила встречать, мотивируя это тем, что ей все равно по пути. Потом выяснилось, что она с работы уволилась.
Вскоре они действительно получили двухкомнатную кооперативную квартиру в районе Строгино, и жизнь потихоньку вошла в старое русло.
Через шесть лет матери не стало. Умерла от сердечного приступа, прочитав письмо от родной мамочки Сергея. Похорон он не помнил. Память сохранила только одно: клятву, которую Сергей дал у гроба матери: раздавить гадину, которая его родила и свела мать в могилу. Его срывающийся на крик голос заставил зарыдать немногочисленную кучку собравшихся на похороны людей. Отца Сергей похоронил спустя семь лет.
Женитьба оказалась неудачной и отбила охоту к повторному браку. Случайных, необременительных связей хватало. Одиночества Сергей почти не чувствовал – ушел с головой в работу, с которой ему очень повезло. Наобщавшись за день с большим количеством людей, он с удовольствием возвращался домой в свою холостяцкую квартиру, которую приобрел шесть лет назад через свою фирму на очень выгодных условиях. Надо отдать должное генеральному – он явно выделял его из общей массы сотрудников.
Сергей рассказал, что Лариса ждала его у станции метро Менделеевская. Эффектная девица, но без тормозов. За месяц знакомства он подустал от общения с ней, но ведь не жениться же собирался.
Ночевал он у Ларисы. Воскресенье провели на даче у ее подруги. Было довольно весело, но Лариска к вечеру изрядно набралась. В машину ее загружали втроем. Она хихикала и пиналась, неся какую-то пьяную чушь. Когда он подвез ее к дому, она уже была способна не только самостоятельно двигаться, но и немного соображать. Было около часа ночи. Сергей сначала хотел ехать домой, но вовремя вспомнил, что через пару часов должна состояться встреча Кузи с шантажисткой. Так что это желание само собой отпало.
Лариска, не раздеваясь, уснула в спальне поперек кровати. Он накинул на нее плед и прилег в соседней комнате на диване. Примерно в пять утра его разбудили какие-то дикие звуки, доносившиеся из спальни. Он попытался открыть дверь, но она не поддавалась. Кто-то держал ее изнутри. Вторая попытка оказалась удачнее. Дверь от его резкого рывка открылась, и на него вывалилась подруга с дверной ручкой в руке. Несколько секунд они ошалело смотрели друг на друга. Первой опомнилась Лариска:
– Здравствуй. А ты давно приехал?
– Не дожидаясь ответа, она прошлепала в туалет. Сергей вернулся на диван, но спать расхотелось.
– Во погудели! – радостно зачирикала еще не совсем отрезвевшая девушка, входя в комнату с бутылкой вина и фужерами. – Не помню, как добралась. Проснулась, прикинь, а дверь заперта. В туалет надо – сил нет, а дверь не открывается. Ой, мамочка, не могу! – захохотала она от души. – Это ж я ее, родную, в другую сторону открывала!
– Вот это и называется «ломиться в открытую дверь», – зевая, заметил Сергей. – Мне не наливай. С утра не пью, да и потом скоро домой ехать. Ночью улетаю. Надо еще кое-чего купить и собраться.
– В командировку?
– Отдыхать, дорогая моя, отдыхать!
– А почему без меня? Денег жалко?
– Нет, не жалко, просто привык отдыхать один.
Вот тут-то и разразился скандал. Проклинался он сам и все мужики на свете, включая почему-то китайцев. В промежутках между очередной порцией словесных помоев, он старательно уворачивался от различных летающих предметов. В основном, не угрожающих жизни и здоровью. Но когда они закончились, Лариска отправилась на кухню и загремела посудой. Сергей понял, что наступил момент, когда надо сказать: «Спасибо, все было очень хорошо. До свидания».
Утро было прохладное. Садясь в машину, прощальным взглядом окинул окна подруги и облегченно вздохнул. Уже через полчаса входил в подъезд родного дома. Наверх поднимался пешком – вместо зарядки. Остановившись у двери Димкиной квартиры, прислушался. Там было тихо. Осторожно подергал за ручку входную дверь. Она была заперта. Ну что ж, все складывалось как нельзя лучше.
Дома он принял душ и завалился спать. Разбудил его резкий звонок в дверь. Открыв ее, он увидел трясущегося и заикающегося Димку. Поняв, наконец, что в Димкиной квартире труп, Сережка мигом оделся. В квартиру они вошли вместе. Первое, что