По следам Разрушителя

Плененный и связанный, некромант теперь выглядел совсем уж жалко. Особенно при свете дня, которого трое путников дождались, скоротав остаток ночи в хижине пленника… или, скорее, в шалаше. Здесь же, в лесу.
Звали юного колдуна, кстати, простеньким именем Гарп.
Но прежде, чем расположиться на ночлег и вообще дойти до шалаша, Илья, Малран и Кира устроили колдуну допрос. И первым делом, собственно, узнали имя пленника, а также место, где он обитал.
Условия, поставленные путниками Гарпу, были просты как медный грош. Ответить на вопросы. И в зависимости от ответов ему как минимум обещали сохранить жизнь. А как максимум — отпустить с миром, не трогая вещей колдуна и не мешая его занятиям.
Как уже говорилось, после боя Гарп даже не пытался выглядеть грозным. Как и выражать презрение к простым смертным. Но, напротив, весь как-то сжался, ссутулился, только что в размерах не уменьшился. Ни дать ни взять студент-ботаник, нарвавшийся на гоп-компанию в темном переулке. Только что очков не хватало для полноты картины.
И естественно, сделался юнец-колдун сговорчивым, на вопросы отвечал охотно. Так что по дороге к шалашу путники узнали кое-что полезное.
Итак, ближайшая колдунья (именно колдунья, не колдун) жила от этих мест сравнительно недалеко. Пешком дойти можно. Не без претензий на жалость Гарп поведал еще, что колдунье этой, по имени Вуламара, он до недавнего времени служил. В обмен на ее обещание поделиться знаниями.
При этом на узкие плечи юнца легли почти все работы в башне колдуньи — не важно, с применением специальных заклинаний или без. Приготовить еды. Сходить за съестным в ближайшую деревню, снабжавшую Вуламару в обмен на защиту. Поддерживать в башне чистоту. В каждом из ее помещений на всех четырех этажах. Стирать. И прочее, прочее, прочее.
Делилась же эта, как в сердцах назвал ее Гарп, «молодящаяся стерва» весьма неохотно. Собственно, заклинания, коим она его обучила, годились в основном как раз для решения разных бытовых проблем. Что, естественно, не могло утолить амбиций юного колдовского дарования.
Осознав, что с Вуламарой он только время теряет да тратит силы почем зря, Гарп сбежал. И скрылся здесь, в лесу. Где ему никто, как он думал, не помешает самостоятельно постигать секреты колдовского дела. Проводя опыты, в том числе с поднятием мертвецов. А тут такая неприятность. В виде трех незваных гостей.
Вот так, от предыстории и жалоб на жизнь юный некромант перешел к справедливой на его взгляд претензии. Но если он и впрямь надеялся усовестить Криницкого сотоварищи, то попытка эта не удалась. Вместо того чтобы покаяться, Илья, например, перешел к следующему вопросу. О злополучной «летающей тарелке».
В том, что вещица эта — магического свойства, можно было догадаться еще во время боя. А попытка бывшего актера коснуться ее, чтоб хотя бы подобрать с земли, подтвердила догадку более чем доходчиво.
Илья едва успел дотронуться до «тарелки». Всего лишь кончиками пальцев. И почувствовал, что его способность, гроза всех волшебников, готова была разрушить и «тарелку» тоже. Просто ждала, как собака — команду «фас!». Но вот незадача: уничтожение тарелки было чревато высвобождением такого количества колдовской силы, что хватило бы и самого Криницкого поджарить, и заодно испепелить весь лес на сотни метров вокруг.
Об этом-то «тарелка» и дала знать новоявленному Разрушителю Магии. Хотя бы на уровне ощущений и внезапных предчувствий. Как будто живой была или даже разумной.
А Илья при этом вспомнил еще, как в детстве видел табличку на трансформаторной будке. Изображение черепа (не иначе, схватка со скелетами поспособствовала!) и предостерегающую надпись: «Не влезай — убьет!». И череп, и слова эти тогда сильно напугали маленького Илюшу. Зато теперь ощущения от попытки завладеть «летающей тарелкой» напомнили Криницкому эту самую надпись. «Не влезай — убьет!».
Быть убитым ему не хотелось. Так что пришлось попросить Малрана взять «тарелку» на хранение.
Теперь же, допрашивая Гарпа, путники узнали, что правильнее называть этот предмет копилкой. Копилкой для колдовской силы, если быть точным.
— Знаешь, что я думаю, — обратился Илья к пленному колдуну, — что ты не просто сбежал от Вуламары, но и обокрал ее. Прихватил эту… копилку с собой. А то не стыкуется кое-что в твоем рассказе: вроде бы ни хрена почти колдунья тебя не учила. Не делилась с тобой, как прислугу использовала. А ты между тем вот такой весь из себя молодец. Силой такой огромной владеешь. Не говоря уж о том, что копилку тоже кто-то должен сделать. Не будешь же утверждать,