В Москве появился ночной маньяк-убийца. По некоторым признакам он напоминает… татуировку Черта, исчезнувшую с тела Волка — Вольфа — Расписного, бывшего сотрудника спецназа ГРУ Владимира Вольфа, не раз выполнявшего особые задания, связанные с риском для жизни, и в настоящее время осуществляет смену режима в одной из африканских стран. Преступник чрезвычайно опасен, его хорошо знают в криминальном мире, хотя и под разными именами… как обобщенное воплощение тюремного зла. Он дерзок, казалось бы, неуязвим… Но Вольф идет по его следу… Расплата впереди. Продолжение книг «Татуированная кожа» и «Расписной».
Авторы: Корецкий Данил Аркадьевич
потом повоевали в Нагорном Карабахе, в Сербии. У обоих хорошие показатели по стрельбе и рукопашному бою. Кряжистые, обветренные, морщинистые лица, выглядят старше своих лет. Обозначать стойку «смирно» они не стали, и слова приветствия не произнесли. Просто встали — мурые, видавшие виды мужики, которых ничем не удивишь.
А остальные и вовсе остались сидеть.
Кучерявый, заросший щетиной Окулин-Цыган и постоянно улыбающийся Муренин-Зуб — разведчики мотострелковой бригады. Им около сорока, боевой опыт приобрели в Абхазии. Отличное владение всеми видами оружия, у Цыгана еще и снайперская стрельба.
Колун, Лис — взрослые общевойсковики, воевали в Чечне в девяносто втором. Без особых отличий и боевых достижений, но с хорошими характеристиками.
Гид — был в командировке в Анголе, любит рассказывать про тамошнюю экзотику, отсюда и прозвище. Хороший гранатометчик, умеет работать с крупнокалиберным пулеметом «Утес».
А вот вызывающе развалились «ряженые»: тридцатилетний Гузов-Поп и тридцатидвухлетний Онучин-Грач. Когда-то отслужили в ВДВ, имели звания старших сержантов, но работают под казаков: именуют себя «есаулами», на рукавах зеленого камуфляжа казачьи шевроны, на груди какие-то кресты, в руках — нагайки, из-под фуражек с красными околышами выбиваются закрученные чубы. В момент знакомства с группой они были в самовольной отлучке.
Н-да… Еще те вояки… В послужном списке через запятую перечисляются диверсионные операции в Абхазии, Южной Осетии, Сербии, но в конце, в скобках, пометка: «не подтверждено». Относится она к последней операции или ко всему перечню, непонятно.
— А вы что, бойцы, не хотите здороваться с командиром? — Волк подошел к скамейке вплотную. Прошелся взад-вперед, пристально рассматривая сидящих.
Интересно, по каким признакам подобрали столь разношерстную компанию? Что у них общего? Кое-что, конечно, есть… Все с боевым опытом — раз. Все холостые — два. Все с периферии — три. А главное: никто не имеет опыта участия в специальных секретных операциях за рубежом — четыре… Никакой логики в таком подборе нет. Тут нужны профессионалы, умеющие штурмовать здания, быстро ориентироваться и действовать в жилых помещениях, самолетах, вокзалах… Например, «спецы» из групп «антитеррора» или освобождения заложников. А еще лучше — из специальной разведки ГРУ. Но взяли тех, кто был под рукой!
— Или все такие крутые, что на командира вам наплевать? — умышленно обострял ситуацию Волк.
Цыган и Зуб бросили сигареты и встали.
— Или я не на том языке гутарю?
Волк остановился перед ряжеными.
— Здорово ночевали, станичники!
Поп и Грач переглянулись, но промолчали.
— Откуда будете? — продолжил Волк.
— С Дона, — ответил Поп. У него было одутловатое, в оспинах, лицо.
— Дон большой. Я сам из Тиходонска. А вы откуда?
— А мы че, на допросе? — вызывающе глянул Грач.
— Да нет. В личных делах написано — уроженцы Антрацитного. Так?
— Ну, а хоть бы и так? — выпятил нижнюю губу Поп. — И что с того?
— Да то, что в Антрацитном никогда казаков не родилось. Иногородние вы, вот и весь сказ!
Волк рассмеялся.
— А кто вам есаульские звания присвоил?
— Кто надо, тот и присвоил… — Поп несколько потерял уверенность.
Волк рассмеялся еще громче.
— Да как раз не тот, кто надо! Реестровым казакам воинские звания присваивают. А все остальное — самодеятельность! Как и эти кресты. Под Георгиевские сделаны? А знаете, за что Георгия давали? За то, что первым ворвался во вражеский редут или пленил в бою трех противников… Кто из вас такой подвиг совершил?
«Правильно, хозяин, теперь бей им в рожи до кровянки! — одобрительно подсказал Кот. — И остальные сразу на жопу сядут!»
— Чего вы нам политинформацию читаете? — скривился Грач. — Лучше расскажите, где такие наколки на руки командирам ставят?
— Почему только на руки? — Волк быстро стянул через голову свой обтягивающий свитер.
Лица «казаков» вытянулись. Да и все остальные изумленно вздохнули.
— Не только на руки, — невозмутимо продолжил Волк. — При случае расскажу товарищам. А вы, господа иногородние, до свиданья! Забрали свои вещички и покинули территорию части. Времени вам на все про все — тридцать минут! Рысь, проследите!
— Есть! — отозвался стоящий сзади Долматов.
— Да че так сразу?!
— Че, мы хуже других?!
Поп и Грач явно не ожидали такого результата. Но для командира
