В Москве появился ночной маньяк-убийца. По некоторым признакам он напоминает… татуировку Черта, исчезнувшую с тела Волка — Вольфа — Расписного, бывшего сотрудника спецназа ГРУ Владимира Вольфа, не раз выполнявшего особые задания, связанные с риском для жизни, и в настоящее время осуществляет смену режима в одной из африканских стран. Преступник чрезвычайно опасен, его хорошо знают в криминальном мире, хотя и под разными именами… как обобщенное воплощение тюремного зла. Он дерзок, казалось бы, неуязвим… Но Вольф идет по его следу… Расплата впереди. Продолжение книг «Татуированная кожа» и «Расписной».
Авторы: Корецкий Данил Аркадьевич
будем!
Каждый день в Москве совершается 5–6 убийств и более сотни других преступлений, бесстрастные статистики заносят каждое из них в ту или иную графу отчетности, но это только сухие цифры. А капитан Дятлов взялся изучать ежесуточные сводки происшествий, чтобы произвести собственную классификацию по тем основаниям, которые при официальной фиксации не учитываются. Перелопатив сотни бумаг, он выписал ряд интересных фактов, на которые ни следователи, ни оперативные работники, ни аналитики штабов не обратили, да и не должны были обратить никакого внимания.
Итак, факт первый: убийства молодых женщин в других районах. Разные обстоятельства, разная мотивация, разные механизмы… Но два эпизода в некоторых деталях совпадают с убийством Малиновской. В Битцевском парке двадцатидвухлетняя Соколова — 14 колотых ран, перерезано горло… В роще между Ленинским и Вернадского — двадцатипятилетняя Изварина — 30 колотых, семь резаных, следы удушения… Это не разные эпизоды, нет, это серия!
Факт второй: пропажи и появления одежды. Старая и грязная одежда пропала при убийстве трех бомжей у станции Москва-товарная. Вскоре она нашлась на месте убийства электрика Семенова, одежда которого, в свою очередь, таинственно исчезла! Но через пару дней обнаружилась рядом с трупом зверски изрезанного бизнесмена Якушкина, а его костюм, сорочка и галстук исчезли вместе с автомобилем! Значит… это тоже серия, дело рук одного человека, причем неизвестный убийца медленно и незаметно поднимается по социальной лестнице!
И факт третий: это не разнородные серии, это одна мультисерия!
Свою версию Дятлов попытался озвучить на оперативке у начальника РУВД, но полковник Смирнов резко перебил его:
— Что за бред вы несете, капитан?! Над вашими «версиями» и так все смеются — и в следственном комитете, и в прокуратуре, даже до ГУВД дошло, как вы предлагали осмотреть труп загрызенной другим псом собаки! И снять отпечатки зубов с ее шеи!
По залу прошел шумок сдерживаемого веселья. Это только раззадорило полковника. Он побагровел и перешел на крик:
— И как отвезли собаку в морг, и добивались вскрытия и судебно-медицинской экспертизы! И про дурацкие вопросы, которые вы задаете свидетелям: что странного и необычного здесь произошло!
Офицеры улыбались, некоторые участковые откровенно смеялись, даже коллеги-опера с трудом сдерживали усмешки. Отношение к Дятлову среди коллег было двойственным: с одной стороны, он был прирожденным оперативником, умело заводил осведомителей, получал ценную информацию, проводил красивые оперативные комбинации. Но выгодно подать результаты не умел. На финальной стадии успешной реализации его как-то оттирали в сторону и лавры получали совсем другие люди. Если же результат получался отрицательным, то «вдували» именно ему, причем по полной программе. К тому же он ни с кем не дружил, «вопросов не решал», «бабло» не рубил, «крутыми» тачками не интересовался, жил бедно, пил в одиночку, во всяком случае, не пил с другими сотрудниками УР, поэтому все думали именно так. За это сослуживцы считали его неудачником, а начальство не любило опера «за гонор», ибо он осмеливался иметь свое мнение и его отстаивать, что в новейшие времена не поощряется. Правда, все признавали, что он честен и блатные считают его «правильным» ментом, хотя сейчас оба эти понятия приобрели неоднозначные и довольно расплывчатые формы.
— А эти безграмотные попытки свалить в одну кучу совершенно разнородные, никак не связанные между собой дела?! — продолжал разнос начальник РУВД. — Тут совершенно разные объекты! А ведь каждому грамотному оперативнику известно, что у маньяка однородные жертвы: либо мальчики, либо девочки, либо взрослые женщины, реже — только мужчины!
— Извините, товарищ полковник, из этого правила есть исключения, — негромко произнес Дятлов. — Чикатило посягал на разные объекты: и девочек, и мальчиков, и женщин…
Полковник Смирнов даже замолчал от такой наглости. Но только на миг. Потом он разошелся еще больше.
— Думаю, товарищу Иванцову нужно задуматься — чего стоит такая работа его подчиненных! Это прямая дискредитация криминальной милиции и всего нашего управления! Непрофессионализм! Неуважение к руководству! Надо принимать меры!
Начальник уголовного розыска опустил голову. Он находился в курсе дела и даже помогал Дятлову добиться вскрытия Бурана, но момент для возражений был явно неподходящим, и ему оставалось только разглядывать вытоптанный линолеум.
Сам капитан что-то писал в рабочем блокноте.
