В Москве появился ночной маньяк-убийца. По некоторым признакам он напоминает… татуировку Черта, исчезнувшую с тела Волка — Вольфа — Расписного, бывшего сотрудника спецназа ГРУ Владимира Вольфа, не раз выполнявшего особые задания, связанные с риском для жизни, и в настоящее время осуществляет смену режима в одной из африканских стран. Преступник чрезвычайно опасен, его хорошо знают в криминальном мире, хотя и под разными именами… как обобщенное воплощение тюремного зла. Он дерзок, казалось бы, неуязвим… Но Вольф идет по его следу… Расплата впереди. Продолжение книг «Татуированная кожа» и «Расписной».
Авторы: Корецкий Данил Аркадьевич
спутнику.
— Прыщ, забери у них наш хабар.
— Почему «ваш»? — спросил Носач — высокий брюнет со сросшимися бровями. Он был или самый смелый, или самый жадный. — Мы его на «деле» взяли…
Договорить он не успел. Черт мгновенно оказался рядом, мелькнула финка, распоров белую щеку от брови до подбородка. Брызнула кровь, раздался истошный крик. Носач зажал рану ладонью, облокотился об обшарпанную стену и медленно сполз на землю.
— Ну что, петушня, кому шнифты вынуть?[20] — финка хищно нацелилась в лицо Шарику, потом ткнулась в нос Бубны и чуть не выколола глаз Хрипатому.
Вконец перепуганные налетчики поставили сумки на асфальт.
— Давай, Прыщ, отбери самое ценное! — приказал Черт. — А остальное им отдай. Это их доля. У меня все по-честному!
Прыщ сноровисто перебрал содержимое сумок, сложил в пакет тугой сверток с деньгами и шкатулку с украшениями. Черт взял пакет, взвесил на руке, улыбнулся и снова приказал:
— Расскажешь им, кто я. Завтра утром приведешь всех, куда я сказал.
— Понял, босс! — ответил Прыщ так, как учил его новый хозяин.
Без четверти девять Прыщ в сопровождении новой «пристяжи» пришел к шашлычной на рынке. Босс учил заявляться на «стрелки» чуть раньше, а он уже понял, что Черту, Червленому, или кто он там, — лучше не возражать. Это с первого же раза поняли и четверо налетчиков: никто не посмел ослушаться приказа. Даже Носач с зашитой раздувшейся щекой и пухло забинтованным лицом не попытался отлынивать. Он напоминал раненого в голову красноармейца из фильмов о войне, но не ныл, а щупал в кармане кастет, как и положено крутому пацану. Кругом бурлила шумная толпа покупателей, но вокруг пятерки уголовников пространство было свободным: люди предпочитали обходить опасную компанию стороной.
Прыщ раздувался от гордости: за два дня из рядового карманника он вырос до заместителя главаря могущественной и опасной шайки! Четверо его спутников были хмурыми: кому понравится, когда так резко хватают за глотку и из одного стойла переводят в другое? Но они привыкли «ходить» под кем-то, подчиняться приказам и выполнять чужую волю, даже если это воля вконец отмороженного зверя.
Прыщ посмотрел на часы. Без трех минут девять.
— Железки взяли? — спросил он тоном главаря.
— Взяли, — покорно кивнул Шарик. Как у всех толстяков, у него была самая слабая воля.
— Я спросил: железки взяли?! — рявкнул Прыщ, обводя злым взглядом остальных. Те поспешно закивали.
— То-то! Пошли!
Ровно в девять они подошли к шашлычной. Черт стоял на веранде к ним спиной и, засунув руки в карманы, смотрел в окно.
— Здорово, босс! — сказал Прыщ.
Черт жевал спичку и не посчитал нужным ответить.
— Видишь того грузина за столиком? — не оборачиваясь, бросил он.
— Это же Князь, — сообщил Прыщ. — Он рынок держит.
— Закрой свой петушиный клюв! — зло прошипел Черт. — Это барыга, крыса, которая общак грызет! Я этой мрази предъяву сделаю. А вы держите его «шестерню», если что — гасите всех!
Посетителей в шашлычной с утра всегда мало. В углу четверо бедно одетых селян ели разогретый вчерашний шашлык. Князь развалился за своим столом и, ковыряя в зубах, громко разговаривал по телефону. От толчка ногой дверь распахнулась с такой силой, что ударилась о стену, так что посыпалась штукатурка. Первым в небольшой зал быстро вошел Черт, за ним Прыщ и четверо угрюмых парней, у одного из которых было перевязано лицо.
Князь все понял, побледнел и уронил телефон. Селяне испуганно вскочили. Прыщ пинками вытолкал их на улицу. Из кухни выскочил Батон с двумя «шестерками», но Носач с хрустом сломал Батону нос, а «шестерки», оценив ситуацию, мгновенно скрылись через черный ход. Шарик с обрезом блокировал кухню, Хрипатый с потертым «ТТ» стал у заднего выхода, остальные окружили парализованного ужасом Князя.
— Ч-ч-то сл-л-лучилось, Ч-ч-ч-чертушка? — запинаясь, еле выговорил он. Красное лицо покрылось крупными каплями пота.
— Халява кончилась, барыга позорный, пора ответ держать! — угрожающе проговорил Черт, нависая над толстым грузином. — Воровать перестал, в торгаша превратился, а за «крышу» не платишь?! Бабло немереное от рынка, автосервиса, заправки — в карман кладешь, а должен в общак загонять, на благо воровское!
— П-под-дожди, с-сейчас в-время д-другое, — выпучив глаза, пытался оправдаться Князь. — С-с-сейчас в-все т-так ж-живут…
— Какое время?! — голос Черта гремел праведным гневом. —
