В Москве появился ночной маньяк-убийца. По некоторым признакам он напоминает… татуировку Черта, исчезнувшую с тела Волка — Вольфа — Расписного, бывшего сотрудника спецназа ГРУ Владимира Вольфа, не раз выполнявшего особые задания, связанные с риском для жизни, и в настоящее время осуществляет смену режима в одной из африканских стран. Преступник чрезвычайно опасен, его хорошо знают в криминальном мире, хотя и под разными именами… как обобщенное воплощение тюремного зла. Он дерзок, казалось бы, неуязвим… Но Вольф идет по его следу… Расплата впереди. Продолжение книг «Татуированная кожа» и «Расписной».
Авторы: Корецкий Данил Аркадьевич
актирования? — спросил он.
Вершигорский пожал широкими плечами.
— С учетом полевой обстановки, без лишних формальностей. Раньше у нас свой трупорез был, теперь из ЦРБ привозим. Он и производит вскрытие, в меру своих способностей диагноз ставит, составляет акт. Под актом три подписи: врача, зама по оперработе, дежурного помощника. Сверху я утверждаю: ставлю подпись, заверяю гербовой печатью, один экземпляр у нас остается, второй направляем в местную администрацию, они и выписывают свидетельство о смерти.
— А труп?
— Что «труп»?
— Как производится захоронение? — дотошно расспрашивал Дятлов.
— Да очень просто. Полежит в леднике при санчасти, пока все оформляется, потом в гроб кладут, выносят к вахте. Заколачивают уже в досмотровой зоне под наблюдением начкара и дежурного помощника.
— А если труп живым зеком подменят? — не унимался капитан.
Начальник и зам чуть заметно улыбнулись.
— Невозможно! Он же распанахан от горла до лобка! Вы когда-нибудь секционный шов видели?
Дятлов кивнул.
— Тогда вам все ясно!
— А что дальше?
— Дальше начальник караула передает гроб бесконвойникам… Они вывозят на наше кладбище и хоронят. В присутствии кого-то из представителей администрации. Начкара, ДПНКа, а может, просто караульного. Труп-то уже никуда не убежит!
— Точно? — улыбнулся Дятлов.
Майор и полковник вежливо улыбнулись шутке.
— А отпевание производится? Какая-нибудь часовня у вас есть?
— Нет. Не дошли еще до нас эти модные веяния, — усмехнулся полковник.
— Ясно, — Дятлов вроде как задумался.
Вершигорский и Воронцов терпеливо ждали, пока удовлетворенный гость не завершит деловую часть своего визита. Тогда можно, согласно законам гостеприимства, накрыть стол, истопить баньку, угостить водочкой, устроить на ночлег в блоке для длительных свиданий.
— Ну что, давайте съездим на кладбище, — неожиданно предложил капитан Дятлов.
— Куда?! Зачем? — удивились хозяева, надеясь, что это только шутка.
— Надо вскрыть могилы, — совершенно серьезно сказал капитан. — Тогда все станет ясно…
— А сейчас что неясного?! — спросил Воронцов.
— Так я же сказал… — Дятлов тяжело вздохнул. Он понимал, как сейчас выглядит в глазах колонийских начальников. — Неясно — умер он или бежал!
Полковник и майор в очередной раз недоуменно переглянулись.
— Кто «он»?
— Галимов. Или Черенко. Мне без разницы.
В кабинете наступила томительная тишина. Потом тяжелое кресло отъехало в сторону.
— Поехали, раз так! — сказал Вершигорский, вставая. — Виктор, вызови человек шесть бесконвойников с инструментом… Да быстро, пока темнеть не начало…
Кладбище располагалось в километре от колонии. Ветер сдул снежок с глинистой почвы, покрытой чахлой сухой травой и редкими кустиками. Тут и там валялись валуны, кое-где рассыпаны пятна щебенки. С десяток чахлых деревьев торчали среди этого унылого ландшафта. Здесь то ли никогда не было могильных холмиков, то ли они давно расползлись под дождями и ветрами. Только ржавые прутья с приваренными к ним прямоугольными кусками такого же ржавого железа торчали тут и там. Никаких надписей на железе не было, только прорезанные насквозь газовым резаком четырехзначные номера.
Они нашли нужные могилы, майор дал команду, привезенные на тракторе немолодые люди в зековских робах и черных фуфайках ударили кайлами и лопатами в не успевшую промерзнуть землю. Почти у всех были морщинистые, с впалыми глазницами лица, щуплые сутулые фигуры. В стороны полетели клочья земли.
— Хотите выпить, капитан? — неожиданно предложил начальник «восьмерки» и достал плоскую фляжку. — Тут ветер, промерзнем…
Дятлову очень хотелось, но он отрицательно помотал головой.
— Мне еще отсюда потом выбираться.
— Отвезут, я распоряжусь, — солидно пообещал полковник. — А можете заночевать, баньку истопим, оленины пожарим…
— Спасибо, — неопределенно ответил капитан. Все зависело от того, что они здесь найдут.
Вершигорский выпил. Своему заму он не предложил, и тот ежился, втягивая голые запястья в коротковатые рукава шинели.
Бесконвойники работали споро. То ли работа была привычной, то ли играло роль присутствие начальства, но через час обе могилы были вскрыты. Пока Дятлов с офицерами курили, разглядывая сверху прогнившие гробы, кто-то сбегал к трактору за топором.
