По непонятным причинам гигантская военная база, оснащенная по последнему слову науки и техники, переносится в… В глухое Средневековье? Это бы еще ничего! В ПАРАЛЛЕЛЬНОЕ глухое Средневековье!Ну и что делать-то? Жить помаленьку! Жениться на местных крестьянках и принцессах, приучать местных жителей к благам цивилизации в лице водки, картошки, мобильников и бронежилетов, заключать дипломатические союзы, воевать… да просто НЕСТИ ПРОГРЕСС!В конце концов, парни, способные выжить в НАШЕЙ АРМИИ, в Средневековье выживут наверняка!
Авторы: Беразинский Дмитрий Вячеславович
молодую часть женского населения Бобровки проявить несвойственную им до сих пор поспешность.
Утром на стол Норвегова легло пятьдесят шесть заявлений о вступлении в брак. На них размашистым почерком отца Афанасия стояло «Благословляю».
– Ну и ловкач! – восхитился Константин Константинович, – тебе бы, сынок, свахой работать! Не лейтенант-силовик, а баба-Ханума! За один день пятьдесят шесть брачных контрактов!
– Почти пятьдесят семь, – скромно сказал Андрей.
– Что значит «почти», не въехал? – насторожился полковник. Стоящий рядом с отцом Костя провозгласил:
– Имею честь, дед, сообщить о нашей с Марой помолвке! – Норвегов, в этот момент потягивающий из бутылки компот, поперхнулся.
– Захотели устроить мне инфаркт? – спросил он откашлявшись.
– Все на полном серьезе, – произнес Андрей.
– Кто такая эта Мара? – раздраженно спросил полковник. Он не любил, когда что-то не укладывалось в рамки его мировоззрения.
– Двоюродная сестра Анастасии. Анастасия – моя жена.
– Спасибо за напоминание, – сардонистически скривился хозяин кабинета.
– Пожалуйста.
– Да вы, лейтенант, кажется, издеваетесь над отцом и командиром? – глаза сына озорно блеснули. Норвегова озарило:
– Ну-ка, что ты там еще отмочил? Признавайся, черт бы тебя побрал!
Андрей подошел к стопке заявлений и начал их перебирать. Найдя нужное, протянул его отцу. Тот быстро пробежал глазами текст на листе и положил обратно. Затем снова глянул на сына, потянул задумчиво из бутылки.
– Да это же компот! – недвусмысленно объявил он, встал и подошел к холодильнику.
В результате трехминутных манипуляций на столе возник потный пузырь водки и тарелочка с колбасой домашнего копчения. Полковник чуть замешкался, а затем выудил из стола другой стакан и молча протер его салфеткой. Затем налив в оба стакана грамм по сто прозрачной холодной жидкости, увлеченно тяпнул свою порцию. Андрей последовал его примеру. Положив в рот аппетитно пахнущий чесноком кружок, он глянул на Константина Константиновича.
Тот развел руками, собираясь что-то сказать, но передумал. Разлил по второй, оприходовав которую осведомился:
– Небось, доволен собой?
– А ты?
– У меня нет слов, – полковник снова развел руками, – как ты обработал Худавого? Как это получилось?
– В приказном порядке, – серьезно ответил Андрей. Норвегов хрюкнул и снова потянулся за бутылкой. Отойдя после третьей, он лукаво глянул на отпрыска.
– Только не надо заливать! – поднял он указательный палец правой руки. Вмешался Костя. Оторвавшись от созерцания секретной карты КБВО, внук произнес:
– Дед, правда! Папа Худавому сказал: «Женитесь, товарищ майор! Это – приказ». А тот ответил: «Слушаюсь, товарищ лейтенант! Спасибо!»
Полковник вновь потянулся к холодильнику.
В огромной зале было многолюдно. На возвышении стоял небольшой стол, за которым восседали король, его приближенные и часть «головорезов» Булдакова. Немного пониже, за огромной столешницей, сработанной «под дуб», пировало человек сто. Это были тоже приглашенные, но рангом пониже и кошельком – победнее.
Людовик IX – мрачный небритый брюнет, недавно разменявший четвертый десяток, вконец задолбанный неудачной охотой, тем не менее, принял посла весьма лояльно. Перед церемонией король имел весьма обстоятельный разговор с шутом.
– Знаешь, Людовик, – сказал паяц, – вполне вероятно, что с приездом послов наше королевство получит долгожданную передышку. Не думаю, чтобы это мурло, герцог Руанский то есть, попытался нам угрожать. Придется ему сидеть в своей Нормандии и сопеть в две дырочки.
– Отчего же ты, мой глупый друг, так уверен в этом? – озадаченно спросил король, – неужели ты так хорошо успел изучить посла и его свиту? И не кроется ли за их славянским добродушием желание захватить корону Франко? Их, правда, слишком мало…
– Послушай, твое величество! Я знал, что ты идиот, но не подозревал, насколько! Им до задницы и наше государство, и его корона, и ты вместе с ней. У них совершенно иное мировоззрение, по-моему, я правильно выговорил это слово. Твой вонючий дворец их точно не привлекает. Прикинь, выбросило тебя бы на необитаемый остров, а с тобой сто мешков золота. Нужно было бы оно тебе?
– Так уж он и вонючий! – попытался защитить король свое жилище, – и у нас не необитаемый остров, а вполне цивилизованная страна.
– Зайдешь в посольство, так обратно выходить не хочется, – развивал шут свою мысль, – я утром заходил… Предложили бы мне садовником работать, остался бы, вот те крест!
– Вот те два! – фыркнул король, – садовник, это круто!
