По закону гор

говорить все же пришлось, и худшие опасения Рашида подтверди-
лись: Рахим в сердцах отчитал его за нерешительность.
– Я тебя что, чай пить туда отправлял?! – возмущался он. – Ну, и что, что посторонняя девушка сидит. Попросил бы ее выйти. Тогда бы и без
твоих слов Лейла догадалась о цели визита – она девушка умная. Честное
слово, ты как маленький ребенок – всему нужно учить! Конечно, завтра
уже нельзя идти, но пройдет несколько дней, и мы вместе пойдем в боль-
ницу. Я сам выведу в коридор эту Мадину – пусть мне там строит глазки.
Рахим был так расстроен, будто это было последнее свидание Рашида
и тот никогда уже не увидит вновь ту, что ранила его друга своей красотой
в самое сердце.
Через несколько дней вдвоем с Рахимом они снова поехали в больницу, на этот раз с решительным и твердым намерением сделать, наконец, офи-
циальное предложение. Рашид понимал, что после смерти матери прошло
всего два месяца, что люди могут осудить и обвинить его в том, что быстро
забыл свою мать, но страх опоздать перевешивал все доводы. Слишком уж
много предложений о женитьбе было у Лейлы, и они продолжали поступать.
Когда друзья зашли в кабинет, Лейлы там не было, а находилась все
та же молоденькая медсестра. Увидев их, она то ли от радости, то ли от
неожиданности, но едва ли не подскочила на стуле. Не сводя глаз с Раши-
да, сразу же стала объяснять, что ее врача срочно вызвали в палату, но это
было давно и Лейла вскоре должна вернуться.
По закону гор
45
На этот раз медсестра не должна стать помехой. Для этого Рахим на-
чал вовсю заигрывать с ней, осыпать комплиментами, и уже через пять
минут оба они, не замечая Рашида, весело ворковали. Вскоре вернулась
Лейла. У нее был усталый вид, но, увидев эту веселую и дружную компа-
нию, она заметно оживилась.
– Мадина, пожалуйста, отнеси эту папку в седьмую палату, а я пока
поставлю нам чай, – сказала она, обращаясь к своей медсестре.
Рахим с неподдельной радостью вызвался проводить девушку.
«Теперь уже нет времени ни для какого чая! А нужно решительно
действовать, тем более что уже никто не мешает», – думал Рашид, под-
талкивая сам себя к этим самым решительным действиям.
Убирая второпях раскинутые на столе бумаги, Лейла, не замечая его
напряженного лица, с радостью рассказывала, как они всего полчаса на-
зад с реаниматологами, приехавшими на «скорой», спасли жизнь моло-
дой женщине, попавшей в автомобильную аварию.
– Лейла, ты можешь присесть и выслушать меня? – перебил ее Рашид.
Она удивленно и слегка испуганно взглянула на него и медленно отло-
жила бумаги в сторону. В голове пронеслось: что могло теперь случиться
в его семье? Неужели что-то с Луизой?
– Рашид, что-то произошло?
– Да, и очень серьезное. Я влюбился…
Он хотел сказать совершенно другое, но неожиданно сам для себя
выпалил именно эти слова, даже до конца не осознавая, что говорит. Но
главное было сделано, и на душе сразу же стало намного легче.
На лице девушки появилась улыбка. Она взяла электрический чайник, который только что выключился, и стала из него разливать кипяток по
чашкам.
– Ну, так это хорошо. И кто же эта счастливица? – спросила Лейла, заметно повеселев. Однако про себя с неожиданной тревогой подумала: а почему именно мне он об этом сообщает, к тому же так торжественно?
– Ты…
От неожиданности Лейла едва не опрокинула одну из чашек, но при-
личное количество кипятка все же пролилось мимо, слегка намочив жур-
нал с записями приема больных.
– Ой, что я наделала! – вскрикнула она. На лице девушки появились
растерянность, сменившаяся испугом. С минуту она не могла вымолвить
ни единого слова. Ей показалось, что все это происходит не с ней или, может быть, это сон? Но Рашид сидел напротив и продолжал говорить, смотря в ее лицо своим пронизывающим взглядом.
– Знаю, что для тебя это полная неожиданность, поэтому не требую от
тебя ответа сразу. Но, пожалуйста, не говори второпях «нет». Поверь, мои
46
Берс Евлоев
чувства к тебе абсолютно искренние. Я долго пытался подавить их в себе, но не смог. Ты слишком многое теперь значишь в моей жизни.
Наступила тишина. Лейла лишь слышала гулкие удары своего сердца, а в висках как будто кто-то стучал молоточком. Что ему ответить, как себя
дальше вести? Она боялась даже поднять глаза. Ей многие признавались
в любви, но почти