По закону гор

Ему очень много лет, но голова его мыслит прекрасно. Зовут его
Ибрагим. Он один из самых уважаемых стариков в нашем городе. Кстати,
По закону гор
129
его уважает и сам Мусса-мулла: когда украли его дочь, он посылал за
Ибрагимом, чтобы тот помог разрешить ситуацию.
– Так это, может быть, он посоветовал Лейле согласиться?
– Нет, она дала согласие до его приезда.
– Хорошо, совет мудрого человека мне не помешает, – сказал Рашид, но все же он колебался перед выбором: ехать сейчас или же в какой-
нибудь другой день.
– Едем сейчас, – сказал Рахим, – я сегодня в полдень разговаривал с дву-
мя его правнуками, они говорят, дедушка Ибрагим дома и в полном здравии.
– А удобно ли будет заявиться вот так, без приглашения?
– Я с ними в родстве, правда, очень далеком, но как-то получилось, что в этом доме меня всегда встречают с радостью. Наверное, оттого, что
наши дворы в двух шагах друг от друга на улице.
– Да нет, Рахим, – рассмеялся Рашид, – тебя кто угодно встретит с
радостью: где еще найдешь такого балагура и развеселого человека! Уго-
ворил, едем!
Всего через минут двадцать они уже были в доме старика Ибрагима.
Еще полчаса ушло на разговоры с домочадцами, где Рахим, оправдывая
слова, сказанные в его адрес другом, рассмешил всех, рассказав пару ин-
тересных случаев из своей собственной практики бизнесмена.
«И как это у него только получается? – подумал Рашид, смеясь вместе
со всеми. – Самая обычная история, я их знаю с десяток, а он преподно-
сит ее так, что всем интересно и смешно».
Зайдя в комнату, где сидел в глубоком кресле Ибрагим, они вежливо
поздоровались:
– Ди дика хилда, воти!*
– Маршац вахал!** Что привело в мой дом двух таких юных джигитов?
– Воти, вы мудрый человек, разрешите наш спор с моим другом, –
Рахим кивком показал на Рашида. – Я говорю, что законы гор и правила, придуманные нашими предками, – это одно и то же. А он говорит, что это
не так. Кто из нас прав, по вашему мнению?
Старик улыбнулся, и лучики глубоких морщин веером разлетелись от
его глаз, буквально сверлящих двух наших друзей насквозь. Помолчав с
полминуты, он сказал:
– Вы оба правы, и оба не правы. Законы гор одни и для всех: мужчина
в любой ситуации должен оставаться мужчиной. А правила наши писали
люди, наши предки, которые неукоснительно соблюдали эти законы.
Этот ответ мудрого старика озадачил друзей.
– Так можно или нет пойти против правил, придуманных нашими от-
цами? – нетерпеливо спросил Рахим.
*
Ди дика хилда, воти! – Добрый день, дядя!
** Маршац вахал! – Живи с добром!
130 Берс Евлоев
Старик отрицательно покачал головой:
– Нет, нельзя – люди осудят.
Взглядом победителя Рахим посмотрел на своего друга, но тот даже
не заметил этого взгляда.
– Воти, а можно ли пойти против правил, – осторожно стал задавать
свой вопрос Рашид, – но так, чтобы люди потом не осудили?
И снова старик, улыбаясь, молчал с полминуты. Он был удивлен столь
загадочными вопросами этих юношей, но смущать их, просить задавать
более конкретные вопросы, не стал.
– Правила писались веками, – сказал он тихим, но от этого более весо-
мым голосом. – Одни правила заменялись другими, и делали это мужчи-
ны, которые всегда и неукоснительно соблюдали законы гор.
– Выходит так, – сказал Рашид после некоторого раздумья, – если я
нарушу какие-то из правил, но докажу потом всем, что я был прав, то тем
самым не нарушу законы гор? Я правильно вас понял, воти?
Старик лишь молча кивнул в ответ головой, убеленной сединой, схо-
жей с белизной вечных снегов, тысячелетиями покрывающих высочай-
шие пики Кавказа.
В машине, когда они ехали обратно к дому Рашида, Рахим сказал:
– Вот видишь, я был прав. Старик Ибрагим подтвердил, что нельзя
идти против правил. Ты хорошо подумай, прежде чем принять оконча-
тельное решение. Сейчас ты живешь среди ингушей, уедешь отсюда на-
всегда – твои родственники останутся – всех с собой не заберешь. Поду-
май о них, если не хочешь думать о себе.
Рашид молчал всю оставшуюся дорогу до дома. Лишь когда вышел из
машины, сказал:
– Я подумаю, что предпринять. Ты первый узнаешь об этом.
– Хорошо, ты знаешь, что я поддержу любое твое решение. Позови, когда это будет нужно, и я приеду, – сказал Рахим и ободряюще улыбнул-
ся. Затем,