По запутанному следу: Повести и рассказы о сотрудниках уголовного розыска

— Дубняк, конечно, не Харьков, не Новосибирск, — начал он. — В тех местах я бывал. Там несколько домов. Не задумывались ли вы, Аркадий Васильевич, над тем, что Швецов мог остановиться не на самом разъезде, а уехать куда-нибудь в деревню. В этом глухом лесном районе не так-то просто его разыскать. Или мог сойти на другом разъезде, пересесть на встречную электричку и махнуть в другую сторону.
— Как раз об этом и думаю, Василий Петрович, — ответил Васин. — Но считаю, что нам уже повезло. Мы на правильном пути. Круг поисков Швецова будет сужаться. И мы его все равно найдем.
В таком приподнятом настроении они вошли в кабинет Копылова и доложили обо всем, что удалось установить.
— Молодцы! — похвалил их Копылов. — Возьмите с собой двух милиционеров и кинолога с собакой и выезжайте на задержание Швецова.
На разъезде Дубняк они обошли все дома, показывая фотографии Швецова. Однако человека со шрамом на щеке никто из жителей не видал. Тогда Васин решил обратиться за помощью в местный отдел внутренних дел.
Двое суток сотрудники милиции вели поиск Швецова в окрестных деревнях, но все безрезультатно. Некоторые стали высказывать предположение, что кассирша могла и ошибиться, что Швецов мог взять билет до разъезда, но только для того, чтобы запутать свой след. Однако населенных пунктов, в которых еще не успела побывать милиция, оставалось в районе все меньше и меньше.

У дежурного по отделу внутренних дел раздался телефонный звонок. Женский голос попросил товарища Ухлина. Дежурный ответил, что его в данный момент нет.
— А кто это говорит? — спросил дежурный.
— Я жена Швецова, Полина Васильевна. Товарищ Ухлин просил меня позвонить…
Дежурный сразу понял, с кем он имеет дело.
— Очень хорошо, Полина Васильевна, что вы позвонили. Говорите, я все передам следователю.
— Да говорить-то особенно нечего, — ответила Швецова. — Я тут в сарае конверт нашла. Письмо на имя мужа моего поступило. Посмотрела на штемпель, там семнадцатое число стоит. Выходит, в пятницу он его получил. Самого письма в конверте нет. А там, где обратный адрес, написано только «Дер. Кожавино». Это я и хотела товарищу Ухлину сообщить.
О состоявшемся разговоре дежурный доложил Семенову. А через час майору Васину была вручена телефонограмма: «По поступившим данным, Швецов, возможно, скрывается в деревне Кожавино. Срочно проверьте».
Сотрудники милиции немедленно выехали туда. В одном из домов Швецов сидел за столом в компании двух мужчин. Все трое были изрядно пьяны.
Майор Васин громко объявил:
— Гражданин Швецов, вы задержаны. Если имеете при себе оружие, положите на стол.
— Нет у меня никакого оружия, — усмехаясь, проговорил Швецов. — Очень удивлен, что за мной пожаловала милиция…
Швецова доставили в отдел внутренних дел и поместили в комнату временно задержанных. На другой день его допросили. Швецов начисто отрицал какую-либо причастность к убийству и ограблению Мурашовой.
— Напрасно клеите, гражданин следователь. Я мокрыми делами никогда не занимался, — упрямо повторял он одно и то же.
— Но ведь Мурашова уехала вместе с вами и после этого домой не возвращалась. Куда вы отвезли ее?
— Говорю, до платформы, — отвечал Швецов. — Видел, как она в вагон села. Видел, как электричка отошла в сторону Москвы. Чего еще?
— А почему у вас в машине оказался нож?
— А где же ему быть? Не с собой же его таскать. Мало ли чего бывает надо? Веревку обрезать. Палку заточить. Что ж мне, зубами грызть?
— А почему на лезвии ножа пятна крови?
Швецов вроде бы ожидал такого вопроса. Он усмехнулся и поднял левую руку. Безымянный палец на ней был обкручен синей изоляционной лентой.
— Вот почему, — сказал он и начал не торопясь раскручивать ленту. — Ремень у меня вентиляторный соскочил. Я его стал натягивать, по ножу заправлять. Ну и ткнул в палец малость…
— Не выкручивайтесь, Швецов, — строго сказал следователь. — Экспертиза подтвердила, что на ноже и у Мурашовой кровь одной и той же группы и одного и того же состава.
— Не отрицаю, может быть, группа крови такая же, — не сдавался Швецов.
— А почему же вы тогда из дому убежали? — казалось, следователь припер Швецова к стенке.
Но тот только махнул рукой:
— И откуда вы это взяли? Не думал я никуда убегать. Ну, мотанул к корешу. При чем же тут убежал?
— А почему жене сказали, что уезжаете в командировку?
— А что ж я ей скажу? Кореш-то только из заключения вернулся. Она о нем знает. Вместе мы там с ним вкалывали. Сказал бы я ей правду, а она бы завопила: опять, мол, за старое браться хочешь. Вот и пустил я пыль ей в глаза.