Победители и побежденные

пополнился еще тремя республиками. Сеймы Литвы, Латвии и Эстонии сами попросили принять их в братскую семью советских народов! То ли испугались германского фашизма, то ли еще чего, но без единого выстрела вся Прибалтика вошла в состав СССР, что намного улучшало его экономику и военное положение.
Прилавки магазинов пополнились товарами из присоединенных западных областей. Особенно много отличных продуктов и красивых вещей поступало из прибалтийских республик, уровень жизни там был намного выше. Об этом рассказал Борис Ильич, вернувшийся из длительной командировки и заехавший к старшему брату, чтобы вручить привезенные из Прибалтики подарки.
— Меня послали в составе комиссии для инспекции оборонительных сооружений, построенных еще при царе. Ведь сами эти маленькие республики ничего не строили, — с довольной улыбкой поведал он домочадцам, собравшимся, чтобы узнать, как живут в бывшей «загранице». — Все сильно устарело, так что для нас там много работы. — Он сделал паузу и радостно сообщил: — Скоро мне снова придется туда поехать, и сослуживцы все здесь завидуют. Уж больно хороша там жизнь! Если удастся — возьму с собой семью.
— А чем она уж так хороша, Боря? — с сомнением спросила Анна Михеевна. — Красивых вещей там, конечно, можно купить много. Но жить среди чужих и, как говорят, враждебных нам людей, по-моему, не очень-то приятно.
— Да что ты, Анечка! Это не так, — возразил Борис Ильич. — Может быть, кто и недоволен, но виду не показывают, боятся. Наших недоброжелателей сразу похватали и сослали в Сибирь. Никто не хочет отправиться вслед за ними. А жизнь там отличается от нашей, как небо от земли!
— Хотелось бы знать чем? Расскажи подробней, Боря!
— Само собой, первое — это изобилие товаров, какое нам здесь и не снилось, — охотно удовлетворил ее любопытство деверь. — Мы сможем приобрести там все, что нам нужно из одежды и по хозяйству. В продовольственных магазинах и на рынке все высокого качества, без обмана. И конечно, сказочные чистота и порядок!
— Неужели мы по сравнению с ними такие свиньи? — удивленно подняла брови Инна. Она тоже примчалась, узнав, что и у нее есть шансы получить что-нибудь заграничное.
Борис Ильич был щедр на подарки. А у старшего брата он, по сути, вырос. Их отец, разоренный революцией, не смог содержать большую семью и отправил его и Илюшу к Сергею, который уже был женат и жил в достатке. Добрая и отзывчивая Анна Михеевна не роптала и относилась к ним по-матерински. А поскольку ее родители тоже подкинули ей младшую сестру, с Инной Борис был дружен еще с юности.
— По сравнению с ними мы — те еще свинтусы, — с добродушной усмешкой ответил он Инне. — Сама знаешь: где стоим — там сорим. А у них детей сызмальства к чистоте приучают. Сказывается немецкое воспитание. Недаром те столько лет в Прибалтике владычествовали.
Привезенные Борисом Ильичем подарки были просто великолепны. Своему брату он привез костюм, Анне Михеевне платье, Инне сумочку, Леле туфли, а Тёме целый набор школьных принадлежностей в портфельчике из натуральной кожи, с которым он еще долго фасонил перед одноклассниками.

В то время как в Европе и Африке шла война и лилась кровь, советская страна жила мирной и счастливой жизнью. В печати и по радио сообщалось о все новых рекордах тружеников и спортсменов, о блестящих достижениях науки и техники, о расцвете культуры и искусства народов СССР.
Проводились всесоюзные конкурсы лучших мастеров-исполнителей и фестивали детского творчества.
Жизнь шестиклассника Тёмы была насыщена до предела. Он и так после уроков продолжал учиться музыке и регулярно ходил в гимнастическую секцию спортшколы. А тут еще поступил в драматическую студию при городском Доме пионеров, и ему сразу дали одну из глазных ролей в спектакле «Золотой ключик». Тёма должен был играть грустного, влюбленного Пьеро. И если музыкой он занимался из-под палки, а гимнастикой — сознательно, ибо готовил себя к дальним путешествиям, то театр стал для него истинным увлечением.
Тёме здесь все было интересно: и читки, и занятия танцами, и репетиции на сцене. Но настоящий, волшебный праздник наступил, когда сшили костюмы и начались представления. Здесь, в театральной студии, он впервые испытал подлинное сексуальное влечение. Объектом его пламенной страсти стала «звезда» спектакля Зиночка Коптева, исполнявшая роль Мальвины.
Зиночка была стройной девочкой, на два года старше Тёмы, с полностью сформировавшейся девичьей фигуркой. Это была настоящая Мальвина — с белокурыми, как у куклы, локонами, румяными щечками и большими голубыми глазами. На худенького грустного Пьеро она почти не обращала внимания,