Победители и побежденные

новые, но уже прославленные имена советских полководцев.
— Не хуже немцев научились воевать: обходить их с флангов, брать в клещи и окружать, устраивая «котлы», — радостно открывали они секрет наших военных успехов. — Но этому способствует и то, что мы теперь превосходим их во всем: в танках, авиации и особенно в артиллерии. Залпы наших тяжелых орудий и «катюш» способны взломать любую оборону противника!
Они объясняли, какие отличные танки «Т-34», в чем превосходство новых истребителей Лавочкина, но больше всего хвалили артиллерию, называя ее не иначе как «богом войны». Рассказывали о взятии Варшавы, о прорыве блокады Ленинграда и освобождении Прибалтики. В нашей окончательной победе над гитлеровской Германией никто не сомневался, и все были уверены в том, что это — вопрос ближайшего времени.
Тёма справедливо полагал, что сдаст все экзамены на «отлично», однако получить аттестат с отличием ему не удалось из-за глупой оплошности. Прием экзаменов происходил в школе-десятилетке на Сходне. Сдача уже подходила к концу, и его дела шли как надо, когда на экзамене по истории произошла осечка. Это было обидно: историю он любил и хорошо знал.
А произошло вот что. До начала экзамена оставалось четверть часа, и Тёма с товарищами вышел покурить на крыльцо школы. Им сделала замечание проходящая мимо учительница, напомнив, что курить можно только в специально отведенных местах. И черт дернул его за язык ответить.
— Простите, но там, — кивнул Тёма на вход в школу, — можно курить только в туалете. Разве не лучше покурить на свежем воздухе?
— Вы здесь намусорите, — раздраженно ответила учительница. — А кто за вас убирать будет?
Тёме бы скромно промолчать, но черт не угомонился, и вместо этого он ей возразил:
— А где вы видите окурки? Вон же урна стоит. Мы туда и бросаем.
Учительница, смерив его недовольным взглядом, прошла в школу. И надо же такому случиться: она оказалась экзаменаторшей по истории! Тёма струхнул, и успокаивал себя тем, что знает свой любимый предмет «на зубок». Но хотя, как обычно, с блеском ответил на все вопросы, эта злыдня, немного поколебавшись, все же снизила ему итоговую отметку.
Для Тёмы это был удар, так как он привык считать себя отличником и впервые столкнулся с такой вопиющей несправедливостью. Но исправить это уже было нельзя. Некоторое время он еще попереживал, но перестал об этом думать, когда к соседу-стоматологу приехала погостить внучка Элла.
Эллочка сразу ему понравилась. Ей уже исполнилось четырнадцать, это была вполне сформировавшаяся девушка с хорошей фигуркой, вьющимися золотистыми волосами, вздернутым носиком и горячими карими глазками. Застенчивостью она не страдала и первой с ним познакомилась.
Папа Эллы погиб на фронте в первые дни войны. Он был кадровым военным, пограничником. А мать снова вышла замуж и у нее был медовый месяц.
— А меня к деду отправила. На каникулы. Чтобы не мешала «молодоженам», — насмешливо сказала Элла.
— Ситуация ясная. Маме не до тебя, — понимающе усмехнулся Тёма, а сам подумал: «А ведь девчонка — что надо! И кажется, в этом деле уже неплохо разбирается. Стоит ею заняться!»
С первой же их встречи он преисполнился самых радужных надежд, мечтая о близости и уверяя себя, что непременно этого добьется.

После сдачи экзаменов у Тёмы появилось больше свободного времени, и все оно было посвящено его новому увлечению — Эллочке и старой любви к сбору грибов. Собирать грибы пристрастился еще с дачных времен. Оказалось, что Элла тоже любит «тихую охоту». Поэтому, как только пошли грибы, если позволяла погода, они стали по утрам ходить в лес и возвращались с полными корзинами.
Леса в Пушкине изобиловали грибами. Далеко ходить за ними не требовалось. Грибы, среди которых попадалось много белых, росли и на территории госпиталя, но лес был кругом и там искать было интереснее. Тёма с Эллой особенно любили лазать через дырку в ограде на нехоженый участок леса, занимаемый какой-то секретной спецслужбой морского флота.
— И что здесь делают моряки? — удивлялась Элла.
— Наверное, готовят каких-нибудь шпионов и диверсантов, — высказал предположение Тёма.
— А как же это можно без моря? — усомнилась Элла. — Они ведь должны будут действовать под водой.
— Может, у них тут есть специальный бассейн, — дал волю фантазии Тёма. — Да и не нашего ума это дело, — заключил он. — Хорошо еще, что никто из них по лесу не шатается.
Иногда они присаживались отдохнуть или перебрать грибы. Эллочка охотно и горячо целовалась, прижимаясь к нему всем телом, но дальше этого не шла. А когда однажды ему удалось подмять ее под себя, дрожа