Наткнувшись однажды в тайге на странное место, Дима не подозревал, что годы спустя оно станет единственным его спасением. Чем обернется для него вызванный отчаянием побег из родного мира? И какую роль сыграют в его новой жизни кошки, которых он просто пожалел бросать на произвол судьбы?
Авторы: Sammy Lee
мне приличной одежды для этой поездки. Не хотелось позорить кивара Линдского своим видом, раз уж каждому встречному ясно, что мы не чужие друг другу.
На восемнадцатый день дороги мы въехали в приграничный городок Син, где Дарен должен был приступить к несению службы, а я – провести «отпуск».
Глава 14.
Кивар Дарен Линдский жил, конечно же, не на казенной квартире, а в собственном маленьком, но удобном домике. Нас встретил его денщик, молодой рыжий гигант, до боли напомнивший мне Халега, только смуглый, а не белокожий.
— Это мой гость, господин Димит, — представил меня ему Дарен, — выполняй его распоряжения, как мои.
Во избежание излишней утечки информации мы придумали для меня псевдоним. Я не хотел, чтобы до ушей генерала дошло, что его племянник привез с собой некоего господина Наумова. А так, привез капитан своего любовника погостить, ну и что? Насчет же кошек Дарен сказал, что денщик болтать не будет, если его сразу предупредить, а в остальном мы надеялись на то, что они не попадутся на глаза тому, кому не следует. Другой прислуги, кроме денщика, Дарен не держал, демонстрируя достойный истинного военного аскетизм.
— Приемов устраивать не будем, — сказал Дарен. – А мои друзья генералу докладывать не побегут. И вообще, почему ты так боишься? Я же сказал, что он не будет тебя преследовать.
— Мало ли, — я помолчал. – Во всяком случае, не думаю, что ему понравится наша связь. Как бы тебе не пострадать.
Он только посмеялся:
— Обо мне не беспокойся. И вообще ни о чем не беспокойся, ты сюда отдыхать приехал.
При домике был большой, очень запущенный сад, который полюбился кошкам с первого же дня, и в комнатах они почти не появлялись. Было жарко и сухо, в саду для них наверняка было много интересного и достаточно укромных уголков. Так и жили там, изображая тигров в зарослях, благо их никто не трогал. Жрать только приходили регулярно. Так что о них я и не беспокоился, но совсем не беспокоиться все же не получилось.
Хотя Дарен и обещал не устраивать приемов, созвать коллег на вечеринку в честь возвращения он был обязан. Я, хоть и понимал насколько это глупо, все же никак не мог не волноваться по поводу того, как ко мне отнесутся его сослуживцы. Кем я буду выглядеть в их глазах, глазах офицеров, отпрысков знатных семей и их, без сомнения, любопытных от гарнизонной скуки жен?
«Был бы я хоть красивый, — уныло думал я, разглядывая принаряженного себя в зеркале, — хоть ухмыльнулись бы понимающе, мол, сладкий мальчик, не устоял капитан. И никто у меня ничего бы не спрашивал…»
Но делать было нечего, надо было постараться как-то выдержать прием. Да и какая мне на самом деле разница, что они подумают? Все равно я скоро уеду и больше их не увижу.
— Что-то ты бледный, — сказал Дарен, заметив мое волнение, и, не дав опомниться, поцеловал так сладко и крепко, что у меня голова закружилась. – Но такой хорошенький…
— Перестань, — я выпутался из его рук. – Не хватало гостей еще и видом только-из-постели шокировать.
— Это да, — протянул Дарен с сожалением. – Но ты, и правда, такой соблазнительный в этом синеньком костюмчике… Так и хочется его с тебя содрать.
Настроение сразу поднялось, и первых гостей я встречал уже с невымученной улыбкой. Ну их на фиг, в самом деле. Я ведь хорошенький? И хватит с них. Буду жаться к Дарену и по мере сил изображать сладкого мальчика.
Гостей было много, человек двадцать. Запомнил я с ходу только нескольких: начальника гарнизона, седого и представительного полковника Иртена с супругой, какой-то очень домашней, уютной маленькой пышечкой, и троих молодых офицеров, которых Дарен представил, как своих друзей: Ториса, Вендиса и Тургена. Последний особенно привлек мое внимание, так как явно был местным уроженцем: невысоким стройным степняком, с бронзовой кожей и длиннющей, почти до колен, смоляной косой. Было и несколько дам, офицерских жен, бросавших на меня откровенно изучающие взгляды. Я, как и было запланировано, не отходил от Дарена, отмалчивался и смущенно улыбался. Получилось, видимо, убедительно, потому что первоначальный интерес быстро потух и назойливого внимания ко мне никто не проявлял. Дарен вначале посматривал на меня недоуменно, но потом, разгадав игру, взялся ее поддерживать: то и дело брал за руку, подкладывал мне в тарелку вкусные кусочки и разговаривал воркующим голосом. Проводив гостей, правда, оборжал меня беспощадно, в лицах изображая, как я прятал глазки и шаркал ножкой, так что я попытался его придушить, и все закончилось закономерно – в постели.
— А я-то думал, ты врать не умеешь, — сказал он мне потом. — Но сегодня у тебя хорошо вышло, такая прелесть безмозглая получилась, глаз не отвести. Боюсь думать, что наши дамы говорят
