Джессика Лора Махоуни молода, симпатична и весела. Ее любят дети и собаки, а она любит весь мир. Какая жалость, что в этом мире приходится еще и работать. Впрочем, устраиваясь няней в семейство настоящего графа, она никаких подвохов не ждала. С детьми Джессика всегда ладила, да и пожить в настоящем замке когда еще придется! Вот только вместо старинного замка пришлось ей жить в продуваемой всеми ветрами развалине, детишки оказались истинными демонятами, а граф… да разве это граф?! Это же сплошное недоразумение, а не граф… кроме того… кажется… ну то есть… понимаете… в общем-то, если бы не его ужасный характер… Кажется, она влюбилась!
Авторы: Мэй Сандра
неожиданно накатившего волнения.
Как ни печально, но тетя Клементина… в смысле миссис Карри была совершенно права: усадьба графа Норрингтона выглядела довольно непрезентабельно. Возможно, это впечатление усиливали следы былой роскоши, еще сохранившиеся в ее облике.
Мраморный ангелочек в засыпанном листьями и разбитом фонтане. Облупившиеся, покрытые мхом и лишайниками колонны у входа. Часть стекол в высоких окнах выбита, вместо них – деревянные щиты…
Наверное, летом все это выглядело не так печально – когда вокруг все зеленое и цветущее, когда плющ закрывает пятнистые от старости и влаги крышу и стены. Сейчас же под сероватой кисеей мелкого и унылого дождя дом напоминал классический приют призраков.
Призраки былого. Призраки былой любви…
Джессика поежилась – и тут же придушенно взвыла, начисто забыв обо всех мрачных образах, которые навеял ей старый дом. Дело в том, что из-за угла вышло чудовище.
Чудовище было ростом с небольшого теленка. Черно-серо-пегие лохмы торчали клочьями, но большую часть туловища покрывала толстая глиняная корка. Остроконечные уши сделали бы честь небольшому зайцу. Густыми и лохматыми бровями по праву гордился бы любой скотчтерьер-медалист. Под этими бровями сверкали живым интересом большие карие глаза, еще дальше шел черный мокрый нос, испачканный чем-то подозрительным, а дальше – дальше была ПАСТЬ.
Громадные белоснежные клыки и свисающий между ними малиновый язык прекрасно оттеняли друг друга. В такой пасти без труда уместилась бы целая курица… и приблизительно половина филейной части Джессики Лоры Махоуни.
Впрочем, собак Джессика действительно не боялась, а чудовище хоть и было непомерно большим и грязным, но выглядело вполне дружелюбно настроенным. Об этом свидетельствовал мокрый хвост, с бешеной скоростью крутившийся в тыловой части чудовища.
Все это долго описывать – на самом деле от первого ойканья Джессики до последующих событий прошло чуть больше трех секунд. Громадный пес просто не поверил сразу своему счастью – хозяин вернулся! – и потому замер на мгновение, после чего прижал свои изумительные уши и рванулся вперед, что твой локомотив. Отчаянный вопль Ричарда Холторпа мало способствовал усмирению радости пса – хозяин был немедленно облизан, после чего настала очередь неизвестной, но несомненно достойной и прекрасной Тетки, Которую Привел Хозяин.
Мокрый и горячий язык прошелся по щекам и носу Джессики, и она вытаращила глаза – запах из пасти был не то чтобы уж очень плохой… но интенсивный. Затем Ричард Холторп железной рукой схватил пса за загривок и оттащил его на пару шагов.
– Фу, Демон! Это Джессика. Свои! Не трогать, не ронять, не лизаться! Понял?
Понял, понял – сигнализировал хвост, напоминавший винт вертолета на холостом ходу. Вот отпусти, и я покажу тебе, как я здорово все понял.
Джессика обрела голос и звонко крикнула:
– Демон! Мыться!
Громадный пес на глазах съежился и печально поник в руках хозяина. Хвост опустился, уши крыльями летучей мыши разошлись по сторонам лобастой головы. Демон бросил на Джессику виноватый л одновременно укоризненный взгляд, уселся на кучу палой листвы и зажмурился с видом полнейшего безразличия. Джимми радостно улыбнулся.
– Вот видите, мисс? Я ж говорил – волшебные слова. Он очень не любит… вот это самое слово. Даже странно, а в речку за палкой с удовольствием…
Ричард подошел к Джессике и осторожно стер рукой глину с ее щеки. Пальцы у него были теплые, жесткие, но удивительно нежные…
Скрипнула дверь. Ричард Холторп торопливо обернулся, забыв убрать руку от лица Джессики. Джессика почувствовала, как сильно забилось у нее сердце.
На крыльцо вышли четверо. Высокая темноволосая и темноглазая девочка, худощавая и серьезная, в грубом бесформенном свитере, потертых джинсах и тяжелых ботинках-«гриндерсах». Мальчик помладше – очень похожий на Ричарда Холторпа, угловатый подросток с независимым и печальным лицом. Мальчик и девочка одного возраста – упитанные, невозмутимые, краснощекие, одетые в добротные утепленные комбинезоны из джинсовой ткани. Они были не так уж и похожи внешне, но зато двигались совершенно синхронно, даже головы склонили одинаково, с интересом рассматривая Джессику.
Ричард Холторп кашлянул и произнес негромко:
– Вот, ребята, это мисс Джессика Махоуни. Она будет нам помогать… и присматривать за Сюзи и Сэмом. Мисс Махоуни, знакомьтесь: Мэри, Уильям, Сюзи и Сэмюэль.
Мэри кивнула и спокойно произнесла:
– Добро пожаловать, мисс Махоуни. Я покажу вам вашу комнату.
Сэм и Сюзи закончили осмотр и одновременно выпалили:
– Здрасти! Заходи.
И только Уилли
