Угодила в беду? Не отчаивайся! Получила магическую силу и сумасбродного мужа-мага? Не беда! Гораздо хуже, когда я понравилась другу мужа, и, кажется, чувства взаимны. Вот только у настоящего дракона врагов не счесть! И что делать, если влюбилась в двоих сразу?
Авторы: Ксюра Невестина
лицо веером и нежно прошептала.
– Нет. Я выйду замуж за Алвойса Роу! – и засмеялась. Как дурочка.
Интересный поворот! Ал не был похож на мужчину, способного выдержать столь недалекую дамочку. Брак по расчету? Или по собственному желанию, чтобы жена не мешалась под ногами и даже не пыталась показывать, что стоит чего-то большего, чем роли подстилки-инкубатора?
И я не сдержалась, ляпнула:
– А он сам об этом знает? – прошептала, наклонившись вперед. Тем же самым вопросом меня огорошила Зольдина в нашем первом разговоре.
Талирия Калем уже не пунцовела, нет. Ее лицо покрылось красными пятнами от злости, и она чуть было не треснула веером мне по голове, но я вовремя отклонилась назад. А я рассмеялась, поняв, что ничегошеньки Ал про свою женитьбу не знал. «Без меня меня женили» – это как раз было про него.
– Нахал-лка! – крикнула Талирия Калем, сорвавшись на визг. Ее брат благоразумно молчал, стараясь не отсвечивать. – Думаешь, сможешь похитить у меня моего Алвика? Ни за что! Я тебе этого не позволю, маленькая дрянь!
Как хорошо, что этого не слышал «Алвик», а то бы ему сильно не понравилось уменьшительное прозвище. Оно звучало достаточно уничижительно, чтобы вышвырнуть истеричку за борт. К сожалению, не у меня одной возникла такая идея. Талирия схватила меня за борта куртки, дернула на себя и резко от себя – в дверь.
Она оказалась настолько сильной и быстрой, что я даже подумать не успела, чтобы удержаться внутри. Я улетела спиной вперед, вылетела в клумбу, неслабо приложившись о землю и примяв цветы. Они кстати, были с шипами, оцарапали кожу на кистях рук и на правой щеке, но крови вроде бы не было. Зато обрывки стеблей и кусочки листков и лепестков закрепились в волосах.
Удар пришелся на правую руку, и в целом никаких страшных последствий вылет не имел. Но… эта ненормальная пыталась меня убить! Или покалечить! Когда я села в траве, ко мне подлетел адъютант, чтобы помочь встать. У меня кружилась голова, и поэтому я отказалась. Только голову подняла, посмотрев на остановившуюся тальгетту. В дверном проеме виднелось ее по-хамски искривленное лицо, будто пострадавшей была она, а не я.
Удивительная борзость!
– Тари Лала, вы в порядке? – участливо поинтересовался адъютант, помогая встать, когда я наконец взяла себя в руки.
– Далеко до мисталийства? – поинтересовалась как бы невзначай, а на самом деле уже думала, как накатаю заяву на эту ненормальную. Не позволю ей уйти безнаказанной! Пускай она сестра адъютанта, но я – друг мисталя! Ал ведь не встанет на сторону этой мымры, правда?
– Почти приехали, – недоуменно ответил Таннер. – Может лучше к лекарю?
– Нет! – рыкнула я резче, чем хотела и уточнила, глядя в скошенное омерзением женское л… морду. – Дойдем пешком, раз недалеко. Чистый воздух полезен для легких!
Шла, прихрамывая на правую ногу, но все равно шла, отказываясь от помощи и от тальгетты. В одну с этой мымрой я больше никогда в жизни не сяду. Хватило. Наступила уже на грабли один раз. Дойду, накарябаю заяву по шаблону, отдам на подпись Алу и вуаля! Талирия Калем получит по заслугам!
Мисталийство правопорядка располагалось как раз за углом: это было высокое белокаменное здание в три этажа, последний из которых занимал только треть от общей площади, сужаясь как купол. Или как мансарда. Второе, на что упал взгляд – маленькие окна. У окружающих домов окна были раза в три-четыре шире и длиннее.
Талирия подоспела к нам точно вовремя и вела себя настолько непринужденно, будто не она выкинула меня из тальгетты всего несколько минут назад. Еще и зонтик в цвет накидки откуда-то вытащила с настолько острым наконечником, что я не рискнула открыть рот – с нее станется проткнуть меня этим наконечником насмерть, а потом сказать, что так и было, и она здесь ни при чем.
Тамбур овеял теплом, из-за которого меня начало подташнивать. Ненавязчивый запах сдобы от тепла усилился, и стал не пахнуть, а вонять, как просроченная рыба. Не позавтракала? И хорошо! Иначе меня бы вырвало, не сходя с места. Рука, на которую пришлась основная сила удара от падения, ныла.
За второй дверью на тумбе стоял мужчина в точно такой же униформе, которая сейчас была на мне. Я будто в армию попала или в кадетский корпус. Стены бежево-серые, потолок беленый, пол каменный. Уютом в холле мисталийства правопорядка и не пахло, не то чтобы душевным теплом.
– Чем могу быть полезен? – отрапортовал дневальный, не повернув к нам даже головы. Он как смотрел прямо перед собой, так и продолжал смотреть.
– К кому можно обратиться, чтобы подать заявление о покушении на убийство?
Я не стала ходить вокруг да около, начав с самого важного. Таннер Калем приехал
