Почему и нет? Дилогия

все хорошо будет Сергей. Утром сам увидишь ….
А действительно, может, вкололи мне какую дрянь, перевезли через границу и бросили. Это, выходит, Россия, средняя полоса. А если цыган врет? Ну как я мог в Смоленской области оказаться? Да еще помолодеть? Эксперимент какой? Может военные? Или, все же Витюшина мистика?
Фу ты, полная непонятка. Сейчас бы чего, покрепче вина, да емкостью побольше. Без пол литры не разобраться. Но в одном он прав, сейчас голову ломать, смысла нет. Отложим до утра.
Немолодая женщина тихо затянула песню, и ах, как она пела. Голос, грудной, сильный, выводил мелодию переплетаясь с чуть хрипловатым мужским и звонким девчоночьим, и уводил кудато за горизонт, к звездам. О чем песня? Какая разница, что не знаешь перевод, если песня заставляет сжиматься сердце, а слезы сами подступают к глазам.
Тихие переборы гитарных струн сопровождают волшебную дорожку из слов и мелодии. Цыгане пели не голосом. Пели их глаза, горящие ярче углей костра, пели сердца, стремясь вырваться из груди вместе со словами песни. Это было волшебство, магия огня, песни и ночи. Мелодия длилась, сплетаясь с искрами костра, и вдруг стихла. Только тогда я заметил, что почти не дышал.
Ударил бубен. Маленькая плясунья выскочила на свет огня.
Новая песня. Теперь только женский и мужской голос вели быструю, веселую перекличку и гитара лихо обменивалась с бубном звучанием. Красиво. Как бабочка у огня порхает девчонка. Сам начал подпевать и хлопать в ритм. Но стихла и эта мелодия.
 Давай выпьем, Сергей, в такую ночь грех спать. И дальше, продолжая говорить на цыганском, Илья протянул мне чарку и гитару. К моему удивлению, шестиструнку. Странно, я думал, в ходу у них были больше семиструнные гитары.
Эх, где наша не пропадала. Взял инструмент. Проверил настройку. Немного необычная конструкция, но звучит хорошо. Что спеть…. Чтобы не хуже вышло. А вот хоть эту ….

Снова слышу голос твой,
Слышу и бледнею;
Расставался, как с душой,
С красотой твоею!
Если б муку эту знал,
Чуял спозаранку,
Не любил бы, не ласкал
Смуглую цыганку.
Не лелеял бы потом
Этой думы томной
В чистом поле под шатром
Днем и ночью темной.
Что ж напрасно горячить
Кровь в усталых жилах?
Не сумела ты любить,
Я забыть не в силах.

Старый романс на стихи Афанасия Фета, что давно стал народным. Спел с душой, голосом с инструментом играя модуляциями, но мне никто не подпевал. Все, сидящие у костра, смотрели на меня как на чудо какоето. Помоему, они просто замерли, впитывая каждое слово. Необычно …. Я пою неплохо, но так меня еще никто не слушал.
 Спой еще раз, Сергей, хочу запомнить твою песню. Ты романо рат, морэ. Так петь может только тот, кто имеет каплю нашей крови. А песня …. Это хороший подарок, дороже золота.
Цыгане, и не знают этой песни, вот странность? И ведь не врет!
Слишком много странностей скопилось. Кибитка эта, одежда как из театра, швы вон, не машинные, явно. Гитара не такая как надо, и главное, не знают песни, которую знают, или хотя бы слышали все цыгане.
Какой к чертям эксперимент! Это точно, та тварь с Арены…. Ведь Витька говорил, что для него пространство и время легкий пустячок. А может этот шутник зашвырнул меня не только в другое место, но вообще в другой мир? Хотя Смоленск, и на русском говорят…
Стоп! Пространство мы уже видим, занесло неведомо куда, а вот время…?
 Спою Баро. Я стараюсь говорить спокойно. Только вначале, скажи, какой сегодня день. Ведь сейчас тринадцатое июня тысяча девятьсот девяносто шестого года, верно? Скажи что верно, Илья ….
Выражение лица Ильи изменилось. Вначале какоето странное удивление …. Почему странное? А Вы удивленного цыгана видели? Вот и я нет. До этого момента. А после оно сменилось пониманием.
 Ай, пшало. Где глаза мои были! Зара, где твои глаза были! Дальше на цыганском, но увидев непонимающее выражение на моем лице, опять перешел на русский.
 Бог привел меня к твоему огню. Далеко кочуют ромэлы, но ты дальше….
Так бывает, очень редко, но бывает. Бог избранным дарит такую дальнюю дорогу, на которой можно встретить своего пращура и поблагодарить за жизнь, что подарил.
Встречал мой народ, таких людей как ты, Сергей. Редко, раз в сто лет, может реже, но не первый ты, и не последний. Как и почему