Почему и нет? Дилогия

Тут, всяк всякого старался перещеголять, но у мужиков намечался явный паритет. Оба асы.
Летающие железки в виде ножей и топоров лучше всего освоил Гаврила. Обошел Толика на полшага, на самую малость, но всетаки. Молодец скоморох.
Конниками неплохими оказались все, хотя Грач и Перебыйнис все же посильнее прочих. Толик конную науку осваивал у арабов, когда в середине семидесятых угодил на ближний восток в качестве советника. Владение саблями у него из арабской школы. Очень интересно, в какую глушь его закинул приказ руководства? Такое ведь только гдето у берберов в Сахаре можно освоить, на какомнибудь затерянном оазисе.
В боевой свалке в замкнутом пространстве Виверра лидировал, безусловно. Два коротких клинка и скорость убойное сочетание среди тесноты стен комнат и коридоров.
В рукопашке я оказался самым слабым. Увы. Мой бокс и самбо, которые старательно изучал в секциях, не катили против рукопашки спеца или скоморошьей пляски. А с драгунами вообще конфуз.
Их Толик испытать взялся.
Ага. Испытал. Потом водой отливали. Они такого термина рукопашный бой, не понимают в принципе. А вот в свалке кистенем, с которым не расстаются никогда, приголубить могут из любого положения. Особенно Грач. Виртуоз. Самородок народный. И надо было Толику его поддеть, вызывая на схватку.
Ято думал, что гирька на шелковом шнуре, спрятанная в рукаве, давний пережиток. Так ведь нет. Кто ж от такой практичной вещи добровольно откажется. Таскали многие, но сильно втихаря. Начальство не одобряло и карало за подобные фокусы. Потихоньку и в меру сил изживали. Но пока это искусство еще не было забыто.
Где я оказался в числе сильнейших так это в преодолении стен и в работе с веревками. На случай если через стены придется лезть, мы продумали и такую экипировку, а мой навык горного и спелеологического опыта мог оказаться бесценным.
Три недели мы выкладывались на тренировках, а по вечерам запершись в кабинетике Черкасова прорабатывали варианты отходов. Фальшивые документы к началу мая нам были доставлены, одежка для смены образов и оружие нас должны были ждать в Герцогстве Варшавском. Честь и хвала людям князя Куракина. Подготовка с их стороны проведена блестяще.
Несколько переиграли легенду, и я стал богатым подданным саксонского короля Фридриха Августа I, а не австрийского императора Франца II. Так удобнее. В королевстве Саксония, в связи с вхождением в его состав новых земель, в том числе и Герцогства Варшавского, гораздо легче затеряться. Вот и путешествует небедный бездельник по своим делам в сопровождении целого штата слуг. Легенда вполне добротная.
Ничем особым процесс подготовки не запомнился, разве что еще одним разговором с Виверрой.
Слышь, Серега, а ты как дворяниномто стал? Мы сидели с Толиком вдвоем в моей комнате. Дверь, запертая на щеколду, давала нам возможность спокойно переговорить.
Случай. Ну и люди хорошие помогли.
Парнишка, сын дворянский, пропал. Мой, считай, полный тезка, а бумаги остались. Я, правда, чуток старше за него выгляжу хоть и похожий внешне, вот и прокатило. Близкой родни не осталось, признать некому. Вот так, в общем.
А ты что, никак тоже хочешь себе дворянские бумаги выправить?
Я? Нет. Просто понять хочу, каково в этой шкуре? А то твой штабскапитан этот, Черкасов, смотрит на меня, знаешь …, ну как на лошадь. Предмет нужный и полезный, даже живой и требующий заботы, но не человек. Вроде и подоброму смотрит, а хочется в морду дать. Это все тут такие?
Так и время такое. Девятнадцатый век на дворе. Попервоначалу дико себя чувствовал, а потом притерся помаленьку. Хотя меня до сих пор считают несколько чудаковатым, не во всякое я их дворянское клише вписываюсь, но особо за границы не выскакиваю. А ты к чему этот разговор затеял?
Как тебе сказать. Не буду я здесь жить. Тяжко. Вот отвоюем с Наполеоном и через пару лет я в Америку рвану. Тут рано или поздно сорвусь. Мне и в статусе казака не особо комфортно, хоть человека казачьего звания вроде и не особо могут обидеть, а уж каково в другой шкуре было бы? Неет, не с моим характером.
А что ж через пару лет? И сейчас бы мог.
Мог. Но две причины мешают.
Первая, Серега, это та, что я присягу давал. Не гоже ее в трудный для Родины час нарушать. А она одна, что в этом времени, что в том. Вот отвоюем, Наполеона за Неман отбросим буду себя считать свободным. И вторая. Давно я в такой славной команде не работал. С начала восьмидесятых, пожалуй. Хочу опять попробовать, каково это.
Была у меня группа… Предали нас, а вернее продали. Они все мертвы, а я выжил. Потом не доверял уже никому. Все пятнадцать лет. А мне вот, доверились… Мальчишки. Денег для семей заработать хотели, а больше ничего и не умели только