Почему и нет? Дилогия

него прихваченный это два, отработать назад нельзя, поскольку у нужного человека взято это три. Вот за эти три причины саксонецкупец тиранил жидаприказчика на каждой остановке. Театр.
Вроде и не нужное действие, но пока случайные свидетели пялятся на изображающего скандал купца у ‘поденщиков’, а тем более у ‘нелегалов’ больше свободы действия. Репетируем сценку поведения для предстоящей ‘аварии’.
А пока плывем. И слушаем, как поют уланы. Ведь действительно хорошо. Голоса молодые, лихие. Поют самозабвенно, с присвистом как могут только солдаты, отправляясь на отдых, в предвкушении постоя, вина и баб.
Земли бывшей Речи Посполитой в будущем году дадут в состав Великой армии около девяноста тысяч человек собственных войск Герцогства Варшавского. Какоето количество поляков еще служило во французском и австрийском контингенте. Часть сил воевало в Испании.
Много. А вояки они хорошие. В этой компании были лучшими среди союзных сил Наполеона. Самые верные его союзники. Правда и мародеры наипервейшие. Но это им прощалось за храбрость. Как говорится никто не совершенен.
А ведь это наши. Гаврила почесал зудящую от пота кожу на плече. Жарковато в нашей коморке.
Какие такие ‘наши’? Толик, лежа на топчане, лениво ковырял щепочкой в зубах.
Да уланы из городка КонстанцинЕзерна. Мы уже рядом. Они, видать, на маневры выезжали. Скоро на их разъезды выйдем. Готовимся, Сергей Саныч. До аварии уже минуты.
И авария произошла. Помог и усилившийся под вечер ветерок и ускорившееся в теснине между длинным островом и правым берегом Вислы течение реки. Баржа, под управлением твердой руки кормчего чуть сошла с фарватера и с громким скрежещущим звуком налетела на приготовленное заранее бревно топляка. Треск выламываемых досок, довольно сильный толчок и наш ‘Титаник’ терпит крушение. Все взаправду.
На палубе поднялась суматоха. Ругань купца, немецкий язык очень выразителен, причитания приказчика. Гомон поденщиков, обсуждающих событие. Баржа влетает в прибрежные камыши, приставая к берегу на вынужденную стоянку.
Буквально через пять минут раздался стук копыт. Разъезд, или вернее конный патруль улан вынесся на берег.
Что произошло? Голос старшего патруля звучал хрипловато, этаким матерым баском. Видно человек зрелый.
Пан вахмистр (старший унтерофицерский чин в уланах), беда у нас. Разорение! Гвалт! На топляк налетели. Бедаа!! Товар попортили, время теряем. Убытки несем. Бедная моя голова… Взвыл Изя.
Ответом стал громовой хохот улан. По голосам вроде человек пять. Ничто не доставляет человеку столько радости, как беда ближнего своего. Смотрите фильмы Чаплина, убедитесь.
В этот момент на берег видимо сошел Черкасов, так как тон вояки несколько изменился. Последовал уже другой разговор с купцом, тем более что купец тот оказался дворянского звания. Вахмистр, по говору силезец, непринужденно перешел на немецкий и общался с саксонским купцом вполне вежливо. Как мы и предполагали, стоянка наша оказалась совсем рядом с запретной зоной.
Похорошему жолнежи нас должны отсюда отправить, но за несколько бутылок вина и заверение, что мы с берега ни ногой щекотливый вопрос уладили.
Потом баржу проведали и егеря. Эти вели себя пожестче, елееле уговорили нас не сгонять с берега и дать провести ремонт. Баржу проверили, но в вонючих кожах рыться не захотели, тем более, что перспектива отведать винца куда приятней.
Невдалеке от баржи егеря поставили пост из трех человек, на всякий случай или по инструкции уж не знаю, но наша баржа оказалась под наблюдением.
А молодцы французы. И мы молодцы. Учли такую возможность. Троих нелегалов на барже припасли, ихто под контролем не удержишь, тем более ночью.
Естественно пока шли все эти действия, мы сидели в своей коморке тише мышей под веником. Особенно когда егеря проверку баржи устроили. Обошлось…
А с наступлением сумерек мы с вами в прятки и поиграем. И ночка нам в подмогу. Темненькая да безлунная как на заказ и камыш у борта баржи в дугу. И вино, конечно. Солдаты нам ремонтироваться дадут сколько угодно долго с такимто грузом. Вон наши охранники уже потягивают его прямо из бутылки, пуская ее по кругу. На здоровье, ребята, а мы потихонечку по своим делам через камыш и поползем.
По плану и описаниям агентов местность нам была знакома. Прибрежный кустарник потом аллея, дорога и сад. А там еще сто метров заброшенных огородов и будет задняя стенка фольварка. Вот только туда мы не пойдем. Вернее пойдем, но позже. А пока мы с Толиком замерли в прибрежных кустах, точнее на границе камыша и кустарника. Гаврила отправился вниз по течению на встречу с братьями. Место встречи было оговорено заранее. Толик только сегодня