Почему и нет? Дилогия

общения с женщинами в этом времени у меня было не много сестры Авиловы, добрейшая Вероника Андреевна, да местные молодки. Теперь же предстояла встреча с настоящей аристократкой, в недавнем прошлом вращавшейся в высшем обществе СанктПетербурга, по слухам, умной и волевой женщиной.
Коляска въехала в кованые ворота и остановилась у крыльца усадьбы. Дом, будто из пьесы ‘Дворянское гнездо’, красив и добротен, недавней постройки. У двери ливрейный слуга, открывает передо мной двери, пропуская в просторный зал. Достал из кармана сюртука карточку, загнул уголок ( загнутый уголок являлся знаком, что карточка передана лично, а не через посыльного) и положил на поднос, который уже держал в руке встретивший меня ливрейник.
 К Анне Казимировне, по рекомендации господина Буевича, Горский Сергей Александрович. Может ли принять?
Слуга удалился, а я остался в зале, прохаживаясь по зеркальному паркету и рассматривая обтянутые светлозеленой материей стены, белые мраморные колонны, бронзовые подсвечники. Картины. Пройдясь два круга по залу, я дождался возвращения слуги.
 Пани примет. Прошу в гостиную, я провожу, ваша милость.
Вышколенный тут обслуживающий персонал. Да и обстановка, весьма и весьма. Все в тон, вкус у хозяйки на высоте. Что должно сиять сияет, что должно блестеть блестит. Вычищено, выкрашено, вымыто и натерто. Чувствуется крепкая хозяйская рука поддерживающая порядок, сродни порядку на военных парусниках.
В гостиной мне был предложен дополнительный сервис в виде напитков разной степени алкогольного содержания. Пока решил воздержаться, чтобы не выказать свою неловкость.
Ждать пришлось недолго, минут через десять в гостиную вошла статная, молодая женщина, в черном платье. Темные волосы уложены в сложную прическу, темно серые глаза смотрят несколько настороженно, но и с известной долей любопытства. Лицо строгое и бледное, хотя ему больше подошла бы улыбка. Сопровождали её здоровенный гайдук и пригожая девушка в темном платье, но их я не заметил, во все глаза уставившись на хозяйку. Хороша, просто чудо как хороша. Перед такой склонить голову огромное удовольствие.
Величественно кивнув в ответном приветствии, женщина заговорила:
 Как здоровье любезнейшего Станислава Леонардовича? Благополучен ли? Помню его, как доброго знакомого моего деда. Чудесный человек.
 Здоров, передает вам свои наилучшие пожелания. Человек он действительно славный. Но позвольте представиться. Горский Сергей Александрович, надеюсь, в будущем ваш сосед.
 Весьма рада, протянула руку для поцелуя, Анна Казимировна.
Кожа под моими губами была нежна и бархатиста, словно лепесток цветка, и пахла травами и свежестью.
 Также рад знакомству.
Хозяйка предложила сесть.
А я сразу начал переводить разговор в деловое русло. Аллах его ведает, какие у них правила при визитах, да и робею я перед этой пани, лучше сразу к делу. Хм, давно не робел перед женщиной, к чему бы?
 Анна Казимировна, в своем недавнем путешествии, мне, абсолютно случайно, попали бумаги, принадлежащие, по всей вероятности вам. Позвольте вернуть их владелице. Прошу, протягиваю папку.
Взяла, стала просматривать. На лице не отразилось ни единой эмоции. Только слегка порозовела кожа.
 Ядвига, приготовь нам кофе. Сергей Александрович, Вы ведь употребляете этот напиток?
 Да, и с удовольствием.
 Хорошо, приготовь Ядвига. повернувшись к гайдуку Jacek, poczekaj do drzwi. (Яцек, подожди у двери. (польск))
Девушка и гайдук вышли из комнаты, но верзила остался дежурить у открытой двери, слышать нас он уже не мог. Госпожа (или пани?) Сорокина продолжала изучать листочки.
 Вы действительно приехали ко мне по рекомендации пана Станислава? Ведь эти бумаги…. Как они попали к вам, и чего вы хотите?
 Не беспокойтесь, Анна Казимировна. Мне ничего не нужно, кроме как вернуть принадлежащее вам, поверьте мне. Вы не единственная, кому возвращены такие документы. Если потребуете, я расскажу все, но стоит ли…? Заверяю, пан Станислав не имеет к бумагам никакого касательства, кроме помощи в возврате к владельцам их средств. Отчего он сам не приехал к вам, я не знаю.
Про себя подумал: «Знаю, знаю, старый хитрец, или, вернее, хитрецы. Хотели порадовать девчонку визитом, ведь местные к ней не ездят, а комуто ведь, надо быть первым. А с меня и взятки гладки. Вот интриганы.»
 Если я их сейчас сожгу, вы не будете возражать? Вопросительно и несколько недоверчиво приподняла бровь.
Вместо ответа, я вытащил зажигалку и чиркнул колесиком.
«Серееежа! Ты когда думать начнешь? Какой прокол. Теперь держи лицо. Этикета он боялся, а зажигалку вытащить не испугался. Согласись