Почему и нет? Дилогия

Наша очередь. Через каждых две версты дозор сменяется, теперь мы впереди всех. Глаза роты. Наша задача смотреть и не прогавить место, где разбойники свернули с тракта. А придется, так и ловить первую пулю. Дозор, одним словом.
Кабанов устал, но крепится. С ним понятно. Остальные держатся тоже молодцами. А как мои тормоза?
Ай да молодые. Маршировать не могут, зато бегут как лоси, только тихо, тише всех. Ни стука, ни бряка от них. Да они же из лесовиков, из Пущи в солдатчину загремели. Охотники, итить…. Есть идея!
 Ваше благородие! Разрешите задумку одну высказать.
 Говори Горский, чего тебе?
 Разрешите мои молодые вперед пойдут, двое по тому краю, а я со Стасем с этой. Они охотники, след углядят.
 Делай!
 Стась, со мной!
Бронислав и ты, Алесь с той стороны. Тропите след, не подведите меня мужики.
Верста пройдена, вот и вторая на исходе. Алесь поднял руку.
 Туда пошли. Указывает Не все, человек пять. Тихо ушли, не глядел бы специально и не заметил. Хитрыя….
 Остальные сюда повярнули. Это Стась, указывает на противоположную сторону. Как стадо ломятся, любой углядит, куда….
Бронислав пробежал еще по дороге метров двадцать и вернулся.
 Дальше следа нет, все в лес ушли. Тут расходились. Пятеро, может чуть больше свернули в эту сторону, остальные в ту. Показывает руками. Недавно совсем.
Кабанов думает недолго.
 Крепин, это один из астраханцев остаешься тут, роту ждешь. С пораненой ногой и так отмотал знатно. Дальше обузой будешь.
Ты капитану все доложи. А мы за меньшей ватагой вдогон. Лесовики вперед, глядите куда бежать. Что встали? Пошли!
Прапорщик уже весь в погоне. Азартен чертяка, не зря все деньги в карты просаживает. Но пока дрова вроде не ломает.
Настигаем гадов, настигаем.
Выстрел. Клуб дыма впереди, визг пули над головой, мусор и ободранная с дерева кора за шиворотом.
Настигли….
Чуть не рявкнул: Ложись! инстинкт сработал. Хорошо, что споткнулся и прикусил язык.
Не стрелять! это прапорщик. Палить только лесовикам, остальные заряжают. Слыхали, лешие, палите только в цель! Не мазать мне, бей супостата без жалости.
Выстрел. И еще. Теперь ответный.
Еще два с нашей стороны. Дым мешает смотреть, кислый привкус на губах. Не вижу цели. Опять ответный. Еще наш выстрел. Впереди вскрик.
Тихо, дым рассеивается.
 Горский, бери астраханцев и проверь.
Идем с двумя бывшими гренадерами, проверяем. Пуля в стволе, штык перед собой, в животе холод и бурчание. Страшно.
На пулю я еще не нарывался. Совсем другие ощущения, чем когда идешь на клинок. Там страх перекрывается бешенством и яростью, там сталь на сталь. А тут противопоставить свинцовому шарику нечего. А как тогда под бомбежками себя люди чувствовали? Во где ужас, наверное. Как таракан под тапком. Бррр. Это не от страха, это от холода. Что тепло? Тогда от волнения.
 Ваше благородие! Мертвый тать! Две пули в нем засели. Хриплый голос гренадера слева.
Ага, лежит голубчик, бритый каторжанин. Две раны, обе смертельные. Как после первой еще стрельнуть смог?
 Задержать хотел, каналья! Рядом они, ребята. Еще немного и догоним. Давайте ребятушки, не выдайте. Вперед! Вперед! прапорщик похож на терьера у лисьей норы, рвется в погоню.
 Вашбродь! это Алесь Их четверо, двое нясут чегото тяжелое. Меняются все время. След видный, не уйдут, вашбродь.
Мягкий белорусский выговор вроде успокаивает прапора.
 В линию, рассыпались! Проверить затравку! Шагом, пошли!
Еще минут тридцать погони.
Природа сегодня за нас, дорогу разбойничкам перегородил овраг, а мы уже рядом. Как там у Киплинга? Они приняли бой.
Кабанов чуть не кинул нас в штыки, но его вовремя зацепило пулей. Целили в офицера, и почти достали. Могли и грохнуть, но я успел сбить с ног, увидев вспышку затравки. Хотя пулей в голову по касательной все же прапор получил. Ну и вырубился. Контузия.
Штыки я отменил, мне понравилось, как мы обезвредили первую засаду. Повторяем трюк со стрельбой в три ружья. Я с винтовкой страховал.
Через пятнадцать минут выбили всех, поднять руки никто не захотел. Последний, уже раненый, даже в атаку кинулся. Этого снял я, винтовка не подвела, но отдача конечно…. Синяк на плече обеспечен. У нас слегка задело в плечо Бронислава, больше потерь не было.
Перезарядился, велел лешим поглядывать. Наверное, это погоняло за ними так и закрепится. И пошел проверять. Сам.
Во идиот, да? Нет. Просто я хочу перебороть этот холод в животе, задавить его раз и навсегда. Через страх надо переступать, да еще попинав его при этом, иначе никак.
Прохожу мимо первого. Моя пулька угодила ему в голову. Ага, все шестнадцать с половиной