Почему и нет? Дилогия

но только в бою видно шибко его ударили по голове. Память он почти начисто и потерял. Помнил только, что зовут его Анатолий, что русский да что на чужбине долго жил. Так оно и видно. По смешному бает, не всегда и поймешь его. Видать, на чужине и переговорить порусски было не с кем.
После на поправку на Дон был я отправлен, да и Анатолия с собой захватил. Поскольку кровь наша вместе слилась, стали мы навроде братьев кровных. По ухваткам как есть казак он, а что не помнит себя, так то эка невидаль. Так и стал он Анатолием Беспамятным, побратимом моим.
Вот сей человек и взял с меня Слово отписать Вам.
Прошу еще раз прощения за многословие, но оно может быть важно.
По осени, когда уж и в силу после ранения входить стали, приехал в станицу табор с цыганами. Ну, пели они да плясали, понятное дело. Да еще и казачьи песни пели, такие, что и старики не упомнят. А как главный ихний да с женкой и дочкой петь зачали, так Анатолий и встрепенулся весь.
Как запели, что у казака бурка в степи постель, да шашка подруга. Да про есаула молоденького, так аж задыхаться стал. Память, видать, к нему вертаться начала. Те, говорит, песни только МОИ петь могут. Вот ведь как вышло. Цыгана мы того поспрошали, кто сии песни складывал, так он и поведал. Не хотел сперва, но как Анатолия углядел так и выложил все, как на духу. Да все про какуюто реку говорил. Что де Анатолий тоже супротив течения плывет. Их, цыган, не поймешь.
Складывал де песни, говорил, человек именем Сергей, да Горский по фамилии. Да из бар он и в Витебской губернии имение его. А более и не знает ничего.
Вот и стал Анатолий в тот Витебск собираться. Искать, как он сказал, СВОИХ. То ли родня, то ли друг его, стало быть, те песни и сложил. А с меня слово взял, что ежели где раньше него встречу, али через казаков чего разузнаю, то весточку тому сочинителю про раба Божьего Анатолия и перешлю. А в весточку вот картонку эту смешную и вложу.
Давеча писарь наш мне ‘Ведомости’ принес, а в нем сочинение поэтическое от Горского Сергея Александровича. Сразу и подумалось мне, а не тот ли это сочинитель песен?
Вот оказией с казаками я письмецо и порешил отправить в СанктПетербург в редакцию, а уж там как Бог даст.
Читал я ваши стихи, душевные они для воина и правильные. А посему и карточку Вам отправил.
Ежели Вы и есть сродственник или друг Анатолия, то и оставьте себе, и знайте ищет он Вас. А ежели нет не сочтите за труд и трату и перешлите ее мне обратно. Буду другого Сергея Горского выспрашивать, ибо Слово дадено было.
С уважением и надеждою, хорунжий Войска Донского Дмитрий Шест.’
Дата. Подпись и обратный адрес.
Вот такая петрушка. А ведь только об этом подумал. О маячке через газету. Вот и получил второе новогоднее чудо. Плюс стресс.
Прочитав письма от пани Анны, а после от казачьего хорунжего я решил выпить. Нервы, знаете ли.
К сожалению, а может и к счастью с алкоголем была напряженка. Бутылки вина мне не хватило, а в доме кроме самогона от Гаврилы ничего.
Рецепт и аппаратик я сообразил по технологиям моего времени, а управляющий начинание подхватил и творчески развил. Вот с этим результатом творчества я и схлестнулся. До этого употреблял только наружно в медицинских целях, спирт ведь почти.
Короче дернул …. Ну и гадость, однако. Но башку прочищает конкретно.
Слишком много радости тоже крышу рвет.
Надо было срочно отвлечь мозги. Поскольку кроссвордов нет, то я в который раз достал ладанку с печатью и письмом, пытаясь прочесть непонятный текст.
Четвертым предметом на столе и лежало, наконец прочитанное письмо на французском языке из мешочкаладанки.
Немудрено, что письма я прежде не смог прочесть. Почерк, конечно, отвратительный, но кроме того оно было и зашифровано. Шифр элементарный, просто слоги поменяны местами, но по нынешним временам достаточно надежно скрывало смысл написанного текста.
По всей вероятности новогодняя ночь всетаки волшебная. Подарила еще одно, третье чудо.
С пьяных глаз я и разобрал это письмо. Вот просто глянул и все ясно стало, и шифр, и прочее. А до этого раз двадцать прочесть пытался и никак. Как теперь прикажете относиться к пословице: ‘Без поллитры не разберешься’? С иронией, наверное, теперь не выйдет.
Вот содержание письма.
‘ Дорогой друг.
Сообщаю Вам, что дальнейшая наша совместная работа становится весьма опасной. Некое лицо в Вашем окружении намеренно открыло путь следования груза криминальным людям. Возможно, будут предприняты попытки изъятия груза силой. Примите меры. Напоминаю Вам, что в такой ситуации следует переходить к дублирующему каналу. Надеюсь на Ваше благоразумие’.
Подпись в виде латинской литеры ‘R’.
Такой примерный перевод.
Теперь, как выпадет свободное