Он присягал российскому императору. Он храбро воевал за Россию в Русско-японскую и Первую мировую войну. Но он отказался присягать большевикам и оказался сначала в стане белых, а потом в эмиграции. Никто не знает его тайны.
Авторы: Лысак Сергей Васильевич
перекупили, поставив в безвыходное положение. Как говорят сами торгаши-американцы: «Бизнес. Ничего личного»…
На «Акаси», похоже, пришли к тем же выводам, так как крейсер резко увеличил ход. Больше здесь нечего делать и надо уносить ноги, пока не поздно. Хотя, уже поздно. С со стороны моря идут «Баян» и «Аскольд», закрывая выход. Быстроходные «Новик» и «Боярин» проскочили вперед и отрезают возможность отхода в сторону Дальнего, на восток. С запада путь закрывают «Паллада» и «Диана», мимо них не прорваться. Остается единственный путь к берегу, прямо под огонь береговых батарей. И постараться прорваться мимо «Новика» и «Боярина». Но это только в том случае, если удастся избавится от «Аскольда», всадив в него хотя бы одну торпеду…
Нагай окинул взглядом приближающиеся русские крейсера. Они еще не стреляли, не растрачивая впустую снаряды на большой дистанции, но все теснее сжимали кольцо вокруг японского отряда. «Акаси» мчался полным ходом, слева от него дымили «Хаядори» и «Харусаме», а справа, ближе к противнику, «Мурасаме» и «Асагири».
— Господин капитан второго ранга, сигнал с «Акаси». Приказано атаковать торпедами «Аскольд» и «Баян».
— Право на борт. Приготовиться к торпедной атаке…
Четыре истребителя выполнили поворот и устремились в безнадежную атаку. Никто из командиров истребителей не строил иллюзий. Торпедная атака крейсера днем мало отличается от самоубийства. Но ушедшие было вперед «Новик» и «Боярин», увидев развернувшиеся и несущиеся навстречу «Аскольду» и «Баяну» истребители, тоже повернули и пошли наперехват. И очень скоро столбы воды от падений их 120-миллиметровых снарядов взлетели неподалеку. Вскоре открыли стрельбу «Аскольд» и «Баян», взяв истребители под перекрестный огонь. И это сразу дало результат. Идущий головным «Мурасаме» получил попадание в корпус и окутался паром, резко сбавив ход. Очевидно, снаряд повредил машину, или котел, но не взорвался. Понимая, что его участь решена, корабль выпустил торпеды с большой дистанции. Вырвавшийся вперед «Асагири» попытался маневрировать, но частокол от падений снарядов вынудил его отвернуть в сторону. В итоге, выпустив также торпеды с большой дистанции, он развернулся и помчался назад, за «Акаси». Такеноучи покосился на Нагая. Командир четвертого отряда истребителей все прекрасно понимал. У них нет ни единого шанса на успех. Даже если бы «Аскольд» был один, и то дневная атака против него двух миноносцев — дорогостоящее самоубийство. А сейчас рядом с ним еще и «Баян». А сбоку на тебя несутся «Новик» и «Боярин»… Еще немного, и их расстреляют, как во время учебных стрельб…
Столб воды от падения снаряда взлетел недалеко от борта «Хаядори» и Ногай принял решение. Если они бесцельно погибнут, это никому не принесет пользы. Ни «Акаси», ни Японии. Истребитель развернулся и дал залп из торпедных аппаратов. Может, какая торпеда случайно и попадет. Но никто на это всерьез не рассчитывал. Видя такой маневр флагмана четвертого отряда, оставшийся истребитель «Харусаме» тоже выпустил все торпеды в сторону «Баяна» и «Аскольда», развернулся и стал уходить.
— Прикажите старшему механику поднять давление в котлах до предела. Скорость сейчас наше единственное спасение…
Нагай отдал распоряжение командиру и стал наблюдать за противником. Его предположения оправдались, ни одна из выпущенных торпед не попала. Впрочем, трудно было ждать другого результата. «Мурасаме», между тем, окончательно лишился хода и стал неподвижной мишенью. Но русские его проигнорировали и не стали добивать, сосредоточившись на погоне за ускользающим «Акаси». «Новик» и «Боярин» снова ушли вперед, не давая возможности крейсеру отвернуть от берега. И тут грянул залп береговой батареи. Похоже, русские не спешили открывать огонь раньше времени и ждали, когда противник подойдет как можно ближе. И они дождались. Очевидно, стреляла самая мощная пятнадцатая батарея, находящаяся на Электрическом Утесе, как его называли все в Порт-Артуре. И ее десятидюймовые орудия с первого же залпа накрыли цель, подошедшую слишком близко. Огромные столбы воды взлетели возле бортов, а один снаряд все же угодил в цель. Было хорошо видно, как вздрогнул крейсер и вильнул в сторону, начав терять ход. Через полминуты открыли огонь «Баян» и «Аскольд», подойдя на дистанцию эффективной стрельбы. «Акаси» открыл ответный огонь, но всем было ясно, что долго он не продержится. Ход уменьшился еще больше и появился крен на левый борт. Он слишком близко подошел к берегу. И если совсем лишится хода, то «Баяну» и «Аскольду» даже не понадобится его добивать, десятидюймовки Электрического Утеса сделают это и без их помощи…
За всем этим Нагай наблюдал в бинокль, стоя на мостике
