Он присягал российскому императору. Он храбро воевал за Россию в Русско-японскую и Первую мировую войну. Но он отказался присягать большевикам и оказался сначала в стане белых, а потом в эмиграции. Никто не знает его тайны.
Авторы: Лысак Сергей Васильевич
внезапно возникшая из ниоткуда и устроившая настоящий погром у восточных берегов Японии, также внезапно исчезла.
Все это Михаил снова и снова прокручивал в памяти, глядя на приближающийся темный берег. Черт бы побрал эту лунную ночь… Если поблизости появится японский миноносец, то глазастый сигнальщик вполне может обнаружить странную тень на воде. Утешает то, что с «Косатки» противника заметят все же гораздо раньше. И плюс ко всему этому, вовсю задействованы последние достижения науки и техники. Дизеля «Косатки» остановлены и она осторожно продвигается вперед на электромоторах, что практически не дает шума, время от времени останавливая даже их. Радиотелеграфист Мошкин, одновременно выполняющий теперь и функции акустика, в такие периоды полной тишины опускает за борт штангу с микрофоном и внимательно вслушивается в «голоса моря». Но никаких шумов искусственного происхождения поблизости не слышно, и «Косатка» снова осторожно крадется дальше.
Вот и мыс Маллипо, находящийся чуть слева. Михаил внимательно всматривался в бинокль, стараясь найти знакомые ориентиры. Рядом то же самое старались сделать старший офицер и «пассажиры». Сигнальщики же просматривают каждый свой сектор горизонта, но пока все тихо.
— Вроде бы, никого, Михаил Рудольфович… Сигнала пока нет.
— Еще рано, господа. Мы пришли на полчаса раньше, чем договаривались. Поэтому, если наш человек уже там, то он выдавать свое присутствие не будет. Мало ли, кто тут может шляться.
— А если придет, то мы его забираем и назад? Или, он тут и дальше останется?
— Не знаю, это ему решать. Наша задача — только забрать и обеспечить быструю доставку разведданных. Лишнего нам знать не положено…
Время шло. На мостике по большей части молчали, только иногда обмениваясь репликами в полголоса. Вокруг разлилась удивительная тишина. «Косатка» лежала в дрейфе, только иногда давая ход электромоторами, чтобы удержаться на месте. Ветра почти не было, мерно плескалась вода за бортом, и лунный свет заливал все вокруг. Мошкин внимательно вслушивался в наушники самодельного шумопеленгатора, опустив микрофон в воду, но на немой вопрос Михаила отрицательно качал головой. Ни одного постороннего корабля поблизости не было.
— Есть сигнал на берегу!!!
Доклад сигнальщика взбудоражил всех. На берегу, действительно, появились вспышки света. Не очень сильные, но вполне достаточные, чтобы их можно было заметить на фоне темного ночного берега. С мостика «Косатки» тут же дали ответную серию оговоренных точек и тире небольшим фонарем с узким сектором освещения. Применять для этих целей мощный переносной прожектор Михаил побоялся, его свет виден на большом расстоянии. С берега пришло подтверждение приема и на «Косатке» начался ажиотаж. На палубу быстро вытащили надувную лодку, уже лежавшую наготове. Надуть ее воздухом — тоже дело пары минут, на подводной лодке сжатый воздух — не проблема. И вот она уже покачивается на воде рядом с бортом. Гребцы занимают места в «надувашке», и она скрывается в ночи. Теперь остается только ждать…
Томительно долго тянется время. Вокруг тишина. Михаил внимательно осматривался и вспоминал похожую ситуацию у американских берегов. Снова такое же томительное напряжение. Правда, сейчас все же проще. У противника нет авиации и радаров. И если все пройдет удачно, то можно и дальше наведываться в эти края время от времени, обеспечив надежную и быструю передачу разведывательной информации. Японцы пока что об этом даже мечтать не могут. В Порт-Артуре Черемисов создал колоссальные трудности японской агентуре в части оперативной передачи разведданных. С помощью Макарова добился ограничения на пользование телеграфом частными лицами. И отныне отправить телеграмму из Порт-Артура не так-то просто, требуется соответствующее разрешение. Идя на это, Черемисов преследовал также и другие цели. Отследить, кто это разрешение будет стараться получить любыми путями. И подобная тактика, совершенно неожиданно, оказалась очень эффективной. Вольготно чувствовавшие себя до этого японские агенты, совершенно спокойно использовавшие телеграф в своих целях для передачи данных условными фразами, сразу оказались без связи. Передавать информацию связными — очень долго. Поэтому, они постарались решить данную проблему так, как она обычно и решалась всегда в Российской империи. То есть, за определенную мзду. И очень многие на этом засветились, попав под пристальное внимание новоиспеченной контрразведки Тихоокеанского флота. Конечно, далеко не все взяткодатели были японскими агентами. В основном, это были обычные добропорядочные предприниматели, для которых телеграф — одно из средств первой необходимости
