Он присягал российскому императору. Он храбро воевал за Россию в Русско-японскую и Первую мировую войну. Но он отказался присягать большевикам и оказался сначала в стане белых, а потом в эмиграции. Никто не знает его тайны.
Авторы: Лысак Сергей Васильевич
Неужели Вы не хотите, чтобы правду о Вас узнали во всем мире?
— Хм-м… Вы говорите заманчивые вещи, мистер Смит. Но ведь не забывайте, что идет война, и я не могу давать Вам информацию, являющуюся секретной.
— Упаси боже, Михаил Рудольфович, я и не прошу об этом. Если Вы согласны в принципе с моим предложением, то мы вполне могли бы поговорить только о том, что Вы сочтете возможным сообщить. Поверьте, широкий круг читателей меньше всего интересуют технические подробности. Для них главное сюжет, интрига, переживания персонажей. А тонны водоизмещения, дюймы толщины брони и калибра орудий интересны лишь узкому кругу специалистов. Но книга будет ориентирована не на них, а именно на широкую публику, которой интересна одиссея «Косатки».
— Признаться, Вы меня заинтриговали, мистер Смит. Никогда не думал, что кто-то будет интересоваться моей скромной персоной до такой степени, что даже захочет написать книгу. В принципе, я не против…
Когда Михаил возвращался на извозчике в военный порт, было уже довольно поздно. Расстались они с мистером Смитом очень довольные друг другом и договорились встречаться дальше, когда у Михаила будет возможность. Здесь же, в «Саратове», поскольку Смит жил неподалеку. Что и говорить, Джеффри Смит, если он действительно Джеффри Смит, действовал очень тонко и грамотно. Не стал грубо предлагать деньги, или чем-то шантажировать. Там прекрасно поняли, что предлагать деньги капитану Корфу, неожиданно ставшего обладателем небывалых для него ранее средств, просто глупо. Человеку, который не промотал деньги по Парижам, Ниццам и Баден-Баденам, а построил на них субмарину, каких еще не знала история. Точно также глупо шантажировать человека, учинившего погром в Сасебо и Токийском заливе. Безопасность семьи? Этого собеседник даже не касался. Потому, что знает — можно добиться результата, обратного планируемому. И вместо сотрудничества капитан Корф начнет вендетту до конца своих дней, если с его близкими что-то случится. Потому, что такие люди непредсказуемы в своих поступках, и можно получить по-настоящему второго капитана Немо, ведущего свою личную войну против Британии. Но не капитана-одиночки, а фаворита русского императора, без малого адмирала русского флота. Поэтому, в ход пошла лесть. Тонкая, почти незримая, рассчитанная на жажду славы лесть. Ибо что еще можно предложить человеку, который и так уже самостоятельно добился небывалой известности, осыпан наградами и чинами, пользуется расположением самого императора и не стеснен в средствах? Причем, не проматывает их направо и налево? И такое, чтобы не насторожить его сразу и не оттолкнуть? Только славу. Мировую славу, которая поставит его в один ряд с великими личностями, вошедшими в историю. Капитан Корф дал понять, что не чужд жажде славы, и мистер Смит заглотил наживку!
На «Енисее» Михаила уже ждали. Старшего офицера и старшего механика Черемисов отправил спать, так как после возвращения стармех хоть несколько и «протрезвел», но все равно оба приложили все силы, чтобы выглядеть «соответственно». Вот и выглядели по-настоящему. Доложив о выполнении задания, офицеры разошлись по каютам, а «начальник тайной канцелярии», как уже многие за глаза называли ротмистра, остался ждать главное действующее лицо. Едва Михаил шагнул в каюту, как Черемисов сразу набросился на него с расспросами.
— Ну как все прошло, Михаил Рудольфович? Клюнул фигурант?
— Клюнул, Алексей Петрович! Ждал, когда я один останусь. Очень долго и осторожно вокруг наживки ходил, но все же клюнул!
Михаил во всех подробностях передал содержание разговора, в конце которого Черемисов с удовольствием потер руки.
— Отлично, Михаил Рудольфович! Продолжайте ваши встречи. А уж в Вашей способности к сочинению «морских рассказов» в духе Стивенсона я не сомневаюсь, достаточно вспомнить встречу в Морском Собрании. Выдайте ему захватывающую корсарскую сагу с лихо закрученной интригой.
— Именно так и сделал. Из того, что я ему рассказал, информации для специалиста — ноль. Но для простого обывателя получилось похлеще «Острова сокровищ» и «Двадцати тысяч лье под водой» вместе взятых. Бедняга заслушался и был в восторге от моего вранья. Вот уж никогда не думал, что у меня есть талант барона Мюнхаузена. И что теперь ждать от нашего «литератора»?
— Думаю, сначала он будет только выслушивать ваши байки, и рассказывать свои про англо-бурскую войну, которой Вы заинтересовались. То есть, приложит все силы, чтобы стать хорошим другом. По его поведению ясно, что вступление в контакт — это не разовая акция, направленная на получение какой-то сиюминутной выгоды. Это целенаправленное сближение с перспективой на будущее. Нет никаких
