Молодой русский паренек по ошибке своего ангела-хранителя угодил в тело человека из другой вселенной. И начинают происходить странные события. В теле одного человека стали существовать две личности. Одна проживает жизнь днем, другая ночью. Они оба разные. Артем стремится выжить и освоиться в новом мире. Артам трус и пьяница. Он постоянно попадает в трагические ситуации.
Авторы: Сухинин Владимир Александрович
тело, о котором вздыхали втайне многие тифлинги.
Арингил услышал сначала всхлипывание, потом плач девушки. Ее упреки были справедливы, и он почувствовал себя виноватым. Стойкое желание как-то изменить ситуацию, объясниться и примириться нахлынуло на него, захлестнуло и подстегнуло его к действию. Он поднял голову, подошел к Агнессе и обнял за плечи.
— Прости, Агнесса, — голосом полным раскаяния проговорил он. — Я был не прав. Покажи свои ноготки. — Он сильно смущался, обнимая обнаженные плечики тифлинга, и потел.
Агнесса дернула плечом, желая освободиться:
— Не надо делать мне одолжение! Не хочешь смотреть, так и скажи.
Но сказать такое сейчас Арингилу было не под силу. Это было сродни тому, чтобы совершить плохой поступок и оправдать себя. На такое ангел пойти не мог. Он чувствовал огромную вину перед этой девушкой, надо отдать ей должное, неглупой и очень красивой. Да, она подводила глазки, выщипывала брови и красила ногти, но в остальном она была весьма достойной девушкой, и он знал, что на нее можно положиться.
— Почему не хочу? Хочу. — Арингил взял ее ногу и приподнял, чтобы лучше рассмотреть. «Какие стройные и красивые ноги у нее». — Он невольно залюбовался ими.
— Ты что творишь! — почти взвизгнула девушка. Она почувствовала его теплые руки, обхватившие ногу, и ее охватила дрожь, странная, доселе не испытанная, но сладостная. Агнесса влепила ангелу пощечину. — Ты почему меня лапаешь?! — возмущенно выкрикнула она, пытаясь освободиться из объятий Арингила.
Тот не ожидал подобного, отпустил ее и растерянно пробормотал:
— Я не лапал. Я хотел посмотреть ногти.
— Не лапал он! Мог бы попросить, я сама показала бы тебе их. Все вы, мужики, одинаковые. Если что…
— Да я ничего… — стал оправдываться Арингил.
— Если девушка нравится, то надо сразу лапать?
— Да не нравишься… — в запале оправданий поторопился сказать Арингил и прикусил губу.
— Ах так! — Агнесса вскочила, пылая негодованием. — Не нравлюсь, значит!
— Да нет, почему не нравишься…
Агнесса пошла на ангела:
— Так да или нет?
— Да!
— Что да? Не нравлюсь?
— Нет!
— Не нравлюсь?
— Нравишься, да. — Арингил совсем запутался.
— Не врешь?
— Честное слово, не вру. — По тону девушки Арингил понял, что гроза миновала, и вздохнул спокойнее.
— Если я тебе нравлюсь, почему не делаешь мне предложение? Или, — она грозно сверкнула очами, — хочешь просто поиграть со мной и бросить?
— Нет, что ты! И в мыслях не было.
— Так, значит, у тебя со мной все серьезно? — Агнесса, что называется, ковала, пока горячо. Она видела, баба была права. Арингил почувствовал себя виноватым и поплыл. Ей самой нравился этот скромный и ответственный парень. Он всегда знал, что делать, и был собран. «С таким как за каменной стеной, — вспомнила она слова матери. — Держись его».
Арингил не знал, что ответить. Сказать, что у него не было никаких намерений по отношению к ней, значило обострить скандал, а он этого не хотел.
Сказать, что у него серьезные намерения? Он сам не знал, как относится к тифлингу. Они вроде не ангелы и не демоны, а что-то среднее. Девушка испытующе на него смотрела.
— Агнесса, — начал он осторожно, — давай не будем торопить события. Мы вместе будем делать одну работу. Получше узнаем друг друга. По сути, мы обречены быть вместе и сопровождать наших подопечных. Может, ты сама не захочешь со мной остаться.
Агнесса почесала усыхающие рожки. Ангел был прав, торопиться не следует. Но и отдавать его другим прохвосткам она не хотела.
— Ладно, Ари, прощен, — проговорила она и стала одеваться. — Как подопечные?
— Да вроде все нормально.
Артем залечил руку и под утро уснул. Артам больше не вылезал, и он смог несколько часов отдохнуть. Утром была обычная суета, и снова караван двигался по пыльной дороге. На этот раз они остановились на ночлег в небольшом городе Ультран. Городок был без крепостных стен, но окружен широким рвом, заполненным мутной и зеленой водой. На поверхности плавала ряска, воняло болотом, и квакали лягушки. Караван под равнодушными взглядами стражи проехал по опущенному мосту и остановился у первого постоялого двора. Артема уже не ставили сторожить повозки, и он решил прогуляться по городу. Он как губка впитывал новые впечатления и информацию.
От постоялого двора дорога вела, как ему сказали к рынку, и дальше к центру, где разветвлялась на узкие улочки, утопающие в зелени садов. Город был тихий, сонный и какой-то до странности уютный. Дорожки, мощенные камнем, скошенная трава у заборов ласкали своей опрятностью невзыскательный глаз Артема.
Глазея
