Под чужим именем

себе смышленого парня-оруженосца. Сказал, что я подхожу для этой цели, еще сказал, что хочет, чтобы я его познакомил с горничной Норой. И я передал ей записку. Вот. Потом он исчез, и я его больше не видел.
Свирт переглянулся с Крюшоном.
— Что было в записке, ты прочитал?
— Да, там были стихи и приписка, что он горит желанием встретиться с ней.
— И как, они встретились? — спросил Свирт.
— Не знаю. — Парень был растерян. — Я больше его не видел.
— Врешь! Гаденыш! — Крюшон приподнялся со своего места. — Он тебе дал золотой!
— Подожди, Крюшон, — вновь остановил его Свирт. — Я думаю, парень говорит правду. — Затем обратился к стражнику: — Ты передал записку Норе?
— Да, передал, и передал ей серебряный рукль, золотой я получил не от него, от матери. Она хотела, чтобы я угостил дядю и купил себе хорошее снаряжение. — Парень виновато посмотрел на Крюшона. — Он дал мне тоже серебряный рукль. Это я просто перед ребятами похвалился золотым баретом.
— А кто твоя мать, что дает тебе золотой? — удивился Свирт. — Деньги большие для крестьянки.
— Она не крестьянка, — смущенно ответил Крюшон. — Моя сестра совладелица постоялого двора… В соседней деревне, что стоит прямиком на торговом тракте.
— Да? Тогда странно, что она отдала своего сына в стражники, — опять выразил свое удивление Свирт.
— Яндир… он, как бы сказать… — замялся Крюшон.
— Незаконнорожденный я, ваша милость, мне наследство не светит, — пояснил стражник. — А под боком у дяди я могу дорасти до его места.
— Ну теперь понятно, — усмехнулся Свирт. — Дело, стало быть, семейное. — Но что Нора ответила на эту записку?
— А ничего. Забрала деньги и записку, и все.
— И даже не просила передать ответную?
— Нет. У нее есть подруги, вот они могли и передать.
— А кто ее подруги?
— Помощница нашей поварихи Прокла и дочь поварихи. Других не знаю.
Свирт помолчал, обдумывая слова мальчишки, затем произнес:
— Хорошо. Я закончил опрос, иди в оружейку.
Он подождал, когда парень уйдет, и обратился к Крюшону:
— Я верю ему, не губи мальца. Но обрати внимание на то, что стражники много болтают и выдают то, что происходит в замке. Мое дело сторона, я уеду, но ландстарху это не понравится. Всех этих молодчиков, кроме Шера, посади в темницу. На время. Посади их в разные камеры и пусти слух, что дознаватель зверствует. Я пока заполню опросные листы, и ты их подпишешь. Надеюсь, грамоте обучен?
— Обучен.
— Ну тогда давай приступай к делу. — Свирт стал заполнять бумаги.
На ужин он не пошел и, после того как северное солнце скрылось за стенами замка, приказал в подвал, где находилась тюрьма, привести всех слуг, которые могли выходить в деревню. Повариху, ее помощников, конюха, истопника, он же возница, что привозил припасы в замок, когда нужно было что-то срочно доставить.
Не вызвал он только старую ключницу, которая отличалась подозрительностью, суровым нравом и даже жестокостью. К такой Кертинг не подошел бы и на полет стрелы. А она бы уж точно доложила, что к одной из горничных пристает незнакомый аристократ. Он знал, что прислуга весь день шушукалась, не зная, что будет дальше, а когда всех потащили к стражникам в подвал, замок огласил вой и рев. Слуг продержали в неведении до полуночи, и только тогда Свирт пришел с Крюшоном на допрос.
Первой он вызвал дочь поварихи. Девушка вошла, вся дрожа, и тут же упала на колени.
— Не губите, барин, я ни в чем не виновата. А то, что вино домой таскала, так это… я больше не буду. Истинно вам говорю! — Она осенила себя священной змейкой и поползла на коленях к Свирту.
— Ну если не виновата, то тебе бояться нечего, — спокойно ответил Свирт. — Поднимись с колен.
Девушка с трудом поднялась на трясущихся ногах.
— Ты была подругой Норы? Ведь так? — спросил Свирт.
— Я?
— Ну да. Тебя как зовут?
— Тамила, ваша милость.
— Скажи, Тамила, ты передавала молодому красивому аристократу записку от Норы?
— Я не передавала. Если хотите, поклянусь. — И она снова осенила себя змейкой. — Хранитель свидетель, это сделала не я.
— Не ты, а кто?
— Прокла! Она хвалилась, что организовала свидание нашей Норочки с господином и получила за это рукль.
— Что еще слышала?
— Что потаскушка Нора тайно встречалась с этим господином. Это тоже Прокла рассказывала. Говорила, что он и ей под юбку заглядывал. Но это она врет, ваша милость. Правда, Нора с молодым господином встречалась, но недолго, тот господин исчез. Нора немного посохла по нему и запрыгнула в постель к истопнику. — Девушка осеклась и зажала рукой рот. — Ой! Только маме не говорите, она и Фрода,