Молодой русский паренек по ошибке своего ангела-хранителя угодил в тело человека из другой вселенной. И начинают происходить странные события. В теле одного человека стали существовать две личности. Одна проживает жизнь днем, другая ночью. Они оба разные. Артем стремится выжить и освоиться в новом мире. Артам трус и пьяница. Он постоянно попадает в трагические ситуации.
Авторы: Сухинин Владимир Александрович
двумя руками и что нельзя накладывать заклинания на преподавателей школы.
— Так ты не спрашивал.
— А я что, должен знать, что спрашивать? Откуда мне было знать, что на плетение заклятий двумя руками наложен строжайший запрет? Теперь ты неделю чистишь свинарник, понял?!
— Понял, — захныкал Артам. — Давай поделим на двоих. Ты не представляешь, как там грязно и воняет.
— Нет! — отрезал Артем. — Нам дали месяц научиться плести плетения одной рукой. Иначе вышвырнут из школы. Ты чистишь свинарник, я тренирую пальцы. Я все сказал!
Как только за Артемом закрылась дверь, худой маг посмотрел на собравшихся.
— Есть информация, коллеги, что этот юноша связан со святой инквизицией. У конта, у которого он проходил практику, гостил меченосец и забрал с собой нашего ученика. Что было дальше, мы не знаем. Но юноша вернулся целым и невредимым.
Старший воспитатель приподнял правую бровь:
— Информация достоверная?
— Мне прислал письмо лечащий врач конта, мой давний товарищ. Вот он и описал, что этот так называемый маг с неупокенным дрался вручную. А потом ходил к отцу Ермолаю на исповедь.
— На исповедь? На исповедь!.. — послышались крики. — Надо же! Уму непостижимо!
Когда все немного успокоились, худой спросил:
— Что будем делать?
— Да гнать его надо, и все! — потряс кулаком мессир Гронг. — Что мы с ним церемонимся?
— А если инквизиторы решат, что мы его выгнали не просто так, а потому, что боимся, что он расскажет о заговоре или о запрещенных практиках? — спросил худой маг и озабоченно оглядел собравшихся.
— О каком заговоре? Что за практики?
— А вот когда они его спросят, — вступил в разговор старший воспитатель, который сразу ухватил суть дела, — он, обидевшись на нас, наговорит что было и не было, и сюда заявится целая орда ревнителей веры. Половину из нас сожгут, половину покалечат пытками, и мы сами признаемся в том, чего не было.
Все сразу закрыли рты. Перспектива, которую обрисовал Страшила, их впечатлила и заставила задуматься.
— Если его сюда отправили шпионить, то лучше поступить по-другому, — продолжил старший воспитатель. — Пусть учится и с привязанной рукой плетет плетения. Выгонять его не надо. Тем более что надо отправлять прошение в королевскую канцелярию, а там спросят, на что были потрачены казенные деньги и почему мы неуча, неспособного к магии, держали два года.
Он оглядел собравшихся, все внимательно его слушали.
— Я предлагаю следующее, — продолжил он. — Мы будем вести себя, как будто ничего не знаем о его связи с инквизицией. Но ведь каждый год, и этот не будет исключением, нам присылают запрос на досрочный выпуск магов и требуют от нас учеников, которые могли бы досрочно окончить обучение. Их отправляют на границу с дикими землями. Там всегда недобор магов. Что мы делаем? Мы отбираем самых неуспевающих и выпроваживаем. Вот мы его аттестуем и выпроводим честь по чести. И все будут довольны. Он — тем, что смог закончить школу и сдать экзамены без присутствия королевских инспекторов. Мы — что избавились от шпиона.
— Идея хорошая, — проговорил худой. — Я как заместитель руководителя школы такой план утверждаю. О том, что здесь обсуждалось, никому ни слова. Даже нашему вечно занятому неотложными делами в столице руководителю.
Маги заулыбались. Главный маг школы жил в столице и появлялся пару раз в году — когда нужно было выпускать учеников и когда забирал отчет для королевской канцелярии, подготовленный его замом.
Артем сидел на стожке сена и о камень, лежащий перед ним, разминал пальцы левой руки. По правилам в правой руке нужно было держать жезл мага. Ему было больно, но он старался изо всех сил.
— Успех, Артем, не у способных, — говорил ему тренер, — а у настойчивых и упорных. Борьба — это что? Это тысячи повторений приемов, пока тело не будет само, без помощи ума реагировать на твое малейшее желание.
Вот Артем и тренировал пальцы, разогревал, растягивал связки, разминал до боли о камень и тренировался плести простейшие плетения. Получалось, но медленно.
— Мучаешь руки? — услышал он вопрос, за тренировкой не заметив, как рядом оказался Свад.
— Мучаю, Свад. Иначе выгонят из школы, куда тогда я пойду?
— Ну, у тебя три пути… — начал Сунь Вач Джин. Потом подозрительно поглядел на Артема. — Ты сейчас кто, Артем или Артам?
— Артем, — вздохнул землянин. — И какие же эти три пути?
— Первый — на костер.
— Спасибо.
— Не за что, — не смутился коротышка. — Второй — податься в инквизицию. Придешь и скажешь, мол, раскаялся в бесовских делах, хочу служить
