Другой мир диктует свои правила и законы, но как вписаться в них жителю нашего мира, если физику и химию тут заменили магия и алхимия, а помимо людей живут демоны, эльфы и прочие нелюди, от обилия разновидностей которых аж рябит в глазах. Да и с обычным Земным абитуриентом не все понятно. Странности тянутся за ним огромным пушистым хвостом. То одержимость элементалем, то с головой проблемы.
Авторы: Филипченко Михаил Петрович
насколько это было возможно. К тому же, подобное исполнение плетения не препятствует возможности разобраться в структуре заклинания и его модификации, если вдруг возникает такая необходимость. Мое же творение, попади оно даже к не самому слабому магу, вызовет только огромное недоумение и опаску.
Если в моем первом заклинании где-то была допущена ошибка, то, похоже, я не найду ее, даже если положу на это всю свою жизнь. Первый блин оказался комом, впрочем, иного ожидать и не стоило. Обладая только теоретическими познаниями, трудно сходу сделать что-то адекватное. На практике, оказалось невероятно сложным не терять из внимания уже проложенные каналы плетения в тот момент, когда прокладываешь следующие. Как итог — путаница и непрезентабельный вид. И, что немаловажно, вероятные перемыкания, которые, в лучшем случае, могут привести к просто нерабочему состоянию, а в худшем, даже думать не хочется. Вывод- все на выброс!
Развеяв увечную структуру, я, с тяжким вздохом, снова принялся за работу.
***
Окончательно плетение было сформировано только после рассвета. Я так увлекся, что сам не заметил пролетевшего времени. Даже голод, жажда и прочие потребности организма стали ощущаться только сейчас, будто до этого были выключены.
Еще раз пройдясь по всем каналам заклинания, я убедился, что опасных ошибок и незапланированных перемыканий нет. Затем, охватив, немного кривоватую, но относительно симметричную, конструкцию взглядом, я устало уселся на пол и выровнял дыхание, погружаясь в состояние пограничное медитативному. Благодаря ему, запечатление нового плетения в памяти, должно значительно ускорится. Когда я почувствовал, что балансирую на грани моего туманного мира, я стал мысленно выжигать объемный образ висящего передо мной плетения в памяти.
Когда я убедился, что при моем сосредоточенном желании рисунок заклинания возникает перед моим внутренним взором, я развеял ставшее ненужным, плетение и облегченно выдохнул.
Устало поднявшись с пола, я отряхнулся и, хрустнув суставами, потянулся. Продолжать, пока что, не имело смысла. Теперь мне нужно привести себя в порядок и как следует отдохнуть.
С этими наполеоновскими планами я и направился на улицу, чтобы освежиться. Погодка была пасмурной, но дождя, на удивление, не было. А значит, сезон дорог превращенных в болото, скорее всего, вплотную подошел к своему завершению. Эх, появился бы этот хищник хоть на пяток дней позже, и меня бы тут уже не было. Но во всем нужно искать хорошие стороны. Например, теперь есть хороший шанс попрактиковаться в магии. Особенно на ниве создания собственных плетений, так как того минимума, которым я был снабжен во время экспресс-обучения, мне явно не хватит. До сих пор не могу понять, почему Вереск дал мне только основу, пусть и довольно обширную, но никогда не делал упор на изучении уже известных плетений. Те немногие, в основном бытовые заклинания, я получил скорее в качестве примера того, каким должно выглядеть творение мага, чем для практического применения. Одно боевое, классическая огненная сфера, не в счет, его я выучил сам, по учебнику.
***
В обеденной зале было непривычно пусто. Я уже привык, что, так или иначе за столами сидит как минимум парочка посетителей, отдыхающих от своих повседневных забот. Развлечений в поселке не было совсем, так что трактир был единственным местом, в котором народ мог расслабиться.
Я потоптался в зале с потухшим очагом и сунул нос на кухню. Как раз в этот момент из кладовки вынырнула Тала, одна из поварих, работающих у трактирщика. Впрочем, отдаленное фамильное сходство с Домовиком говорило в пользу семейного дела.
— Тала, мне бы позавтракать. — Обратил я на себя ее внимание. Женщина, молча, кивнула в ответ и направилась к кухонному очагу.- А где все? — Поинтересовался я.
— Всю семью Марва Кожуха, прямо в доме тварь разорвала. — Коротко ответила она мне. Кто такой Марв и насколько велика его семья я был не в курсе, но уточнять не стал. Меньше знаешь, крепче спишь.
Быстро позавтракав, я поднялся в свою комнату, заперся и, первым делом, упал лицом в подушку и мгновенно вырубился.
Отсыпался я где-то сутки. Сразу после пробуждения, утолив голод во все так же пустующей зале, я спросил у Талы, как дела с охотой на зверя. Как поведала мне женщина, новых жертв пока что, слава Богам, не было. Впрочем, как и успехов у жителей Смерок. Мужики до окосения устраивали засады и искали следы неведомого зверя, но на положительный результат не было даже намека. Возможно, жертв в последнее время не было из-за их активности, хотя это было очень маловероятно. Вряд ли зверюга, которой по силам за несколько секунд порвать
