Другой мир диктует свои правила и законы, но как вписаться в них жителю нашего мира, если физику и химию тут заменили магия и алхимия, а помимо людей живут демоны, эльфы и прочие нелюди, от обилия разновидностей которых аж рябит в глазах. Да и с обычным Земным абитуриентом не все понятно. Странности тянутся за ним огромным пушистым хвостом. То одержимость элементалем, то с головой проблемы.
Авторы: Филипченко Михаил Петрович
школы номер пятнадцать города Залесска, когда подростковое эго потребовало быть уникальным и единственным в своем роде, я превратился в Дана, сменив вторую часть своего имени на первую, это в последствии так прикипело, что и по окончании школы при знакомствах я представлялся именно так. В своей, теперь уже прошлой, жизни я любил читать фантастику, фэнтези, смотреть кино и не брезговал компьютерными играми.
Что странно, я помнил название города и школу, мой дом вспоминался во всех деталях, а вот мои родители и младшая сестра уже присутствовали в воспоминаниях сугубо номинально. Я помнил, что они есть, но не мог вспомнить лиц или голоса, а их участие в моей жизни по моей памяти вообще было неопределимо. То же самое с друзьями. Сергей, Макс, Леха и многие другие стали просто именами. Ни внешности, ни каких-то характерных им особенностей, просто плоские картинки в моем прошлом, рождающие ощущение какой-то вещи, которую забыл во время суетных сборов в дальнюю поездку, а теперь мучаешься, но не можешь даже припомнить, что же не взял. Я прекрасно представлял себе здание, в котором находился офис моего отца, имевшего по местным меркам довольно крупный бизнес в области IT технологий и создания специализированного программного обеспечения, но не помнил, в какой части города он находился. Амнезия была избирательной и, возможно, временной. Все-таки я надеялся, что смогу вернуться домой, и ключ к моему возвращению вполне мог быть где-то там, среди этих выпавших кусочков моих воспоминаний.
Далее, по хронологии событий, следовал неприятный и страшный эпизод с попыткой моего убийства и моим самовозгоранием. Деталей было мало. Кажется, парк, вечер, все как-то смазано. Редкий дождь. Рядом присутствует крайне неприятный мне человек. Потом крик, удар листовидного вороненого лезвия в грудь, притупленная боль, затем жар и пепел. Этот эпизод моей жизни закрывал веху существования на Земле и на мое место становился Крис, очнувшийся в доме Анхора.
Тут пробелов в памяти не было совершенно. Все люди, события и закачанная в голову любознательным альтер-эго информация воспринимались цельно. Знание двух наречий тринийского языка, являвшегося в этих землях чем-то вроде государственного, было таким же глубоким, как и знание русского. Собранная из рассказов моего приемного отца по крупицам информация о большом мире и его обитателях, дополненная и расширенная Эйрой, была плотно утрамбована в голове и ждала своего часа. Кстати, занятная личность эта целительница. Если не считать мистического способа моего появления в этом мире, как я уже припоминал раньше, имевшем название Альмарион, целительница была вторым доказательством существования магии в мире. И хотя я не видел в ее исполнении ничего кроме плавающей за ней по воздуху искорки, несмотря на малый размер дающей довольно яркий рассеянный свет, почему-то уверенность в том, что этим ее способности не ограничены, у меня была твердой. Анхор воспринимался мной одновременно как старший товарищ и как родной человек. Конечно же, он не смог бы заменить собой моего настоящего отца, облик которого надо еще постараться вспомнить, но называться, как минимум, приемным отцом у него было полное право. Ах да, главное не забывать, что теперь меня зовут Крис. Следующей в зону обзора моего окружения попала Амия. С ее дедом Анхор водил старое знакомство, корнями уходящее в те дни, когда они оба служили у герцога Ольского. То ли Анхор Парса спас, то ли у того к моему приемному отцу по какой-то иной причине долг образовался, главное дело в том, что у вояк с этим делом строго. В общем, Парс, хоть и не имел статус зажиточного, оказывал нам посильную материальную помощь натуральными продуктами и вещами, передавая посылки через свою внучку Амию, дочь старшего сына, кажется, тоже наемника, погибшего уже довольно давно.
Об Амии разговор был особый. Девушка была, мягко говоря, симпатичной. Другими словами, если бы не особенность моего альтер-эго обладать сильно приглушенным эмоциональным фоном, то я бы наверняка влюбился. Кареглазая и темноволосая девушка лет восемнадцати-девятнадцати была ростом мне по плечо и обладала довольно миловидной мордашкой. Собственно говоря, только эти три человека скрашивали мое существование все годы жизни в этом мире.
Далее, важно не забывать, что меня, по крайней мере прошлого меня, покрытого шрамами, в местном поселке сильно не любили и, отчасти, за мои частые контакты с девушкой. Подозреваю, что я ей был интересен с точки зрения человека, которому интересно заботиться о подобранной израненной зверушке, но местным интеллектуалам этого было не объяснить. К тому же меня тут считали проклятым, как и местечко, в котором мы обитали, и доказывать обратное ни
