Другой мир диктует свои правила и законы, но как вписаться в них жителю нашего мира, если физику и химию тут заменили магия и алхимия, а помимо людей живут демоны, эльфы и прочие нелюди, от обилия разновидностей которых аж рябит в глазах. Да и с обычным Земным абитуриентом не все понятно. Странности тянутся за ним огромным пушистым хвостом. То одержимость элементалем, то с головой проблемы.
Авторы: Филипченко Михаил Петрович
на достижении необходимого состояния, как мне вспомнился островок с книгой. Вспомнился во всех деталях, и я, по какому-то наитию понимая, что делаю то, что нужно, просто мысленно потянулся к этому образу.
Медитации не получилось. Я не выравнивал дыхания, не очищал сознание от шлака вездесущих мыслей и мыслишек, которые словно взвесь пылинок, всегда мечутся в голове. Даже расслабиться, толком не удалось. Просто в одно мгновение провалился туда, куда стремился. Перед внутренним зрением мелькнул «горизонт» разделяющий объективную и субъективную реальности и вот, мою кожу уже холодит легкий ветерок. Круглое озеро с темной, почти черной в окружающей ночи, водой, будто второе небо, так же полное ярких и не мерцающих звезд, изредка покрывалось мелкой рябью. Я снова стоял на маленьком искусственном островке с постаментом, хранящим книгу. Всего один шаг и мои пальцы легко скользнули по переплету, исследуя швы и трещины дубленой кожи. На обложке, в самом центре, между серебристыми полосами металла, опоясывающими фолиант, красовался искусно исполненный, в виде медальона, круг с рисунком. Раскрытая ладонь правой руки, в центре которой поблескивала рельефно выступающая трехлучевая звезда, воплощенные, похоже, в потемневшем от времени серебре.
Подавив в себе желание, распахнуть книгу и заняться изучением ее содержимого, в надежде, что в этот раз мне будет полностью доступно все ее содержание, я занялся поисками способов добраться до берега. Потоптавшись на месте, я сделал неуверенный шажок к самому краю островка. Визуально от моего местонахождения до темнеющей кромки земли метров сто, причем в любую сторону, куда ни посмотри. Так что я просто выбрал произвольное направление и сосредоточился на том, что передо мной появится путь через воду. Тут дело должно было быть, по идее, как и с моей ментальной «кирпичной» стеной, по наитию созданной при первой встрече с Вереском. Я почти сразу ощутил какие-то изменения. Словно в пространстве вокруг меня что-то сдвинулось, но не более того. Никаких фактических перемен замечено не было.
С досады я хотел подфутболить носком сапога водяную преграду и довольно ощутимо стукнулся об удивительно твердую поверхность озера. Хмыкнув, я попробовал поверхность воды, осторожно наступив на нее. Вода не просто выдерживала мой вес, на ее поверхности, плюс к этому, еще и проступал объемный рисунок выложенной брусчаткой тропинки.
— Прямо дорога из желтого кирпича! — Буркнул я и тут же расплылся в улыбке. Виртуальные булыжники под ногой приобрели насыщенный желтый оттенок. Стоило только убрать ногу от тропинки, как она тут же растворилась в воде. Окружающее пространство тонко реагировало на мое присутствие, подчиняясь желаниям, но при этом сохраняло свою изначальную форму, сопротивляясь привнесением долговременных изменений.
Уже уверенно я ступил на поверхность воды озера и пошел в сторону берега. Даже не оглядываясь, я знал, что, стоит мне оторвать ногу от возникающей передо мной тропинки, чтобы перенести ее вперед, как это место тут же обращается в воду.
До берега я добирался дольше, чем думал. Расстояние оказалось обманчиво, и покатый берег, густо поросший травой, приближался весьма неохотно. Жидкий туман, при моем приближении, рассеялся, и я увидел большую площадь, выложенную огромными каменными плитами. На пути моего движения, в количестве трех штук, стояли исполинские каменные сооружения, напоминающие своей формой тории, ритуальные храмовые врата, оберегающие от злых духов. Почему в моем сознании возник именно образ элементов восточных храмов, я не понял. Но если следовать логике, то это что-то означало. Как минимум, указывало на большую важность странной статуи, расположенной на низком постаменте, прямо под вратами. Так как никаких ориентиров я больше нигде не наблюдал, к ней я и направился.
Статуя выглядела как стоящий в расслабленной позе, очень детализированный обнаженный мужчина с нейтральными чертами лица. Почему нейтральными? Потому что, как я ни старался, его внешность никак не складывалась воедино. Создавалось впечатление, что на месте лица статуи располагался набор из носа, глаз и рта, никак не связанных воедино. Материал, на вид, был похож на бронзу. Я погладил статую по опущенной вниз руке и вздрогнул,- на ощупь она была как живой человек. В то же время возникло ощущение, будто бы, в общем ее виде есть нечто немного неправильное.
— Для чего же ты тут, на самом деле? — Заинтересовано пробормотал я. И стоило мне только проявить чуть больше внимания, как все трое храмовых врат, под которыми и стояла статуя, мягко засветились.
Чем ярче становился свет, тем больше подробностей я мог рассмотреть. Мой взгляд
