На Земле меня звали Сергей Вьюжин. Здесь все называют Серж норр Кларэнс. Магистр рыцарского ордена, чуть не ставший рабом. Да, врагов у меня хватает… Плен, побег и далекие южные земли, загадочные и таинственные. Новые друзья и неожиданные союзники — гномы из древнего клана. А впереди ждет опасная дорога домой, очередные тайны, сражения и боль потерь. Всё ради тех, кто ждет, верит и знает: я вернусь! Вернусь, чтобы отправиться в столицу королевства и продолжить борьбу с нежитью.
Авторы: Негатин Игорь Якубович
Трэмп, не забывающий подливать нам вино. — Обращенные становятся зверями по своей воле, а врожденные получают эту способность как проклятие или наследуют от матери и отца.
Да, Рэйнар Трэмп прав. Я вспомнил, что мне рассказывали про этих тварей. Врожденные превращаются в зверя неохотно и чаще всего действуют поодиночке. Убивают домашний скот, могут задрать путешественника, если попадется на пути. Обратившись, первое время ведут себя глупо — дуреют от нового образа, зова крови и режут все, что под руку попадется. Самые слабые оборотни. Никогда не сбиваются в стаи и даже в человеческом обличье ведут очень уединенный образ жизни.
Обращенные — это не просто оборотни. Это инструмент. Оружие. Мощное и очень опасное. Становятся такими вследствие колдовства и магии. Они действуют стаями, могут выбирать свою цель и долго ее преследовать.
Это уже армия…
— Помнишь гостиницу, где погибли Влад с Максом? — спросил Рэйнар и, не дожидаясь моего ответа, продолжил: — Вот там и были обращенные. Будем надеяться, что их окажется немного. Очень опасные твари.
— Особенно зимой, когда рано темнеет.
— Дрянь дело, — согласился Трэмп.
Мы ушли из города на рассвете. Впереди нас ждал очень далекий путь. Если до Трэмпа мы добирались почти тридцать дней, то на обратную дорогу, учитывая погоду и людей, должно было уйти не меньше сорока, а то и пятидесяти. Наши новые приятели, Владимир с Натальей, плохо сидели в седле, и учить их приходилось по ходу дела. Даже на легкой рыси они часто сползали набок и, естественно, падали. Хорошо, что снега много — обошлось без травм и увечий.
Когда вышли на плоскогорье, наша скорость совсем упала. Лошади по брюхо проваливались в снег и двигались медленно. Природа в этих местах не баловала красотами. Редкие рощи, дубравы и синеющий на востоке горный хребет. На карте он выглядел как большая подкова, огибающая залив Дрэнор-найяр.
— Я уверен, что без моего старшего братца здесь не обошлось, — проворчал Рэйнар и зло сплюнул на снег.
— И почему же?
— Он любил ввязываться в темные дела. Мои приятели, что уж греха таить, благочестием тоже не отличались, но всему есть предел. Зря ты меня к нему не пустил.
— Не стоит проливать кровь брата.
— Ты и правда так думаешь? А проливать свою, что, стоит?
Когда начало смеркаться, мы нашли место для привала.
Несколько огромных валунов, лежащих недалеко от тропы. Рядом с ними заросли вечнозеленого кустарника. Они были засыпаны снегом и выглядели как сугробы. Между ними нашлось место для лагеря. Лошадей укрыли попонами, чтобы миозит — воспаление мышц — не заработали.
После походного ужина Рэйнар обошел лагерь и занял место подальше от костра, дабы огонь не слепил. Он дежурил первым. Вместе с ним дежурили два гнома. Оставшиеся наемники скромно поужинали и легли спать. Им даже костер был не нужен. Выкопали в снегу яму, завернулись в толстые, подбитые мехом плащи, и заснули.
Наши ребята не такие. После ужина им захотелось пообщаться. Наталья вцепилась с расспросами в Киру, а Владимир подсел ко мне.
— Сергей, как я понимаю, огнестрельного оружия здесь нет?
— Нет, — покачал я головой, раскуривая трубку. — Не доводилось видеть. Здешним людям хватает проблем с магией и колдовством. Есть луки и арбалеты.
— Изготовить не пробовали?
— Вы оружейник? Или химик? — вопросом на вопрос ответил я.
— Нет, но было бы как-то спокойнее. Вы занимались фехтованием?
— Увы, — покачал головой я. — Но пришлось им заняться. Здесь иначе нельзя. И вам тоже придется учиться. Иначе вы недолго проживете. Завтра я дам вам топор. Для начала. Места здесь дикие — всякое может случиться.
Про оборотней мы им не рассказали, чтобы окончательно не испугать. Объяснили, что можем нарваться на стаю волков или на разбойников. Ребята не рассчитывали, что эти земли заселены, и нарисовали себе картину девственного мира. Вот и выживали как в диком мире. А он не только дикий, но и коварный.
— Вы хотите сказать, что можно нарваться на враждебно настроенных людей?
— Именно это я и хотел сказать. А вы что-то имеете против драки?
— Как вам сказать, — пожал он плечами. — Нам пришлось нелегко, но вижу, что среди людей дела могут сложиться еще хуже. Выживать это одно, а убивать людей — совсем другое. Мне бы не хотелось…
— Вам же приходилось охотиться!
— Да, но это охота. Симбиоз с природой и миром. Вы убиваете зверей, чтобы выжить, но не переступаете черты. Нам с Наташенькой всегда хотелось жить где-нибудь в деревне.
— То, что нам приходится делать, Владимир, это самозащита.
— Не знаю, не знаю. — Он не отрываясь смотрел на костер и качал головой. — Я всегда считал, что разумные люди могут найти общий
