На Земле меня звали Сергей Вьюжин. Здесь все называют Серж норр Кларэнс. Магистр рыцарского ордена, чуть не ставший рабом. Да, врагов у меня хватает… Плен, побег и далекие южные земли, загадочные и таинственные. Новые друзья и неожиданные союзники — гномы из древнего клана. А впереди ждет опасная дорога домой, очередные тайны, сражения и боль потерь. Всё ради тех, кто ждет, верит и знает: я вернусь! Вернусь, чтобы отправиться в столицу королевства и продолжить борьбу с нежитью.
Авторы: Негатин Игорь Якубович
А пока что ничего другого не остаётся, как спать. Я попытался устроиться поудобнее на проклятой доске и заснуть. Чтобы не свалиться, подсунул руку под лавку. Неожиданно, у самого изголовья, нащупал странные царапины. Будто кто-то пытались написать, а точнее — нацарапать какой-то знак. Света здесь нет, так что рассмотреть не пытался. Темно, — хоть глаз выколи. Вспомнил матросские байки и ухмыльнулся — жаль, что я не могу видеть во тьме.
Вот это да! Нет, это невозможно! Хотя… Почему бы и нет?
Раз за разом, ощупывал эти глубокие царапины, представляя себе линии и убеждался, что не ошибаюсь. Сел на койке и весело оскалился. Здесь был этот паренёк, которого продали в рабство! Да, тот самый, вещи которого обнаружили у повешенного кабатчика. Тот самый паренёк, который рисовал в блокноте изображения волков и собак. Почему? Потому, что только наш человек, угодив в камеру, первым делом напишет на стене слово из трёх букв. Со всем усердием. Почему под койкой? Кто знает? Может он валялся на полу и ему так было удобнее. По крайней мере, во время качки, не упадёшь с койки.
Значит парень был здесь, на этом корабле? И куда его отправили? Сомневаюсь, что за него заплатили большие деньги. Как работник — судя по размерам найденных вещей — он не самый лучший. Доходяга, в общем. Дай бог, если ещё жив.
Потянулись однообразные и до ужаса скучные дни. Спать круглые сутки — извините, но это не самый лучший способ убить время. Разминался, чтобы мышцы не затекли и стихи вспоминал. Странно, но ни одного воспоминания из прошлого мира так и не пришло в голову. Видимо я так сроднился с этим миром, что прошлое превратилось в какой-то глупый сон. Ловил себя на мысли, что даже думаю не на русском, а на местном языке. Разве что матерился на богатом и могучем. Да, есть всё-таки вечные ценности и русский мат — одна из них. Как бы смешно это не прозвучало.
Через пятнадцать дней погода перестала радовать наших бравых мореходов. Ветер выл в снастях, а качка усиливалась с каждым днём. Меня несколько раз так швырнуло в стену, что я чуть сознание не потерял. Разыгралась погода не на шутку. Страшно? Да, признаюсь, было страшно. До этого, мне не доводилось попадать в такие переделки и этот шторм останется в памяти надолго.
Было бы легче, не будь я заперт в этом гробу. Зримая опасность не такая страшная. Когда ты ничего не видишь, а из-за грохота и не слышишь, то поверьте мне на слово — приятного мало. Страшно. Каждая волна, которая ударяла в борт, отзывалась во всем теле. Мало того, что швыряло как котёнка, так ещё и дрожь била. Поверьте, это очень страшно! Сначала слышишь завывание ветра и жалобный скрип мачты. Потом, словно бог моря — Хаббе, вдыхает полной грудью и через мгновение на судно обрушивается очередная волна. Она заливает палубу, врывается в каюты и трюм. Через два часа после начала шторма, у меня в каморке было воды по щиколотку.
Удар!
Меня швырнуло к двери и если бы не кандалы, то вышиб её к чёрту. Браслеты врезались в запястья, разодрали кожу, но слава богам — удержали меня от удара. В темноте сложно уберечься, чтобы не приложиться о какой-нибудь острый угол. Послышался какой-то крик, потом завывание ветра и треск.
Ещё волна…
Я её чувствовал… Кожей, сердцем, всем ливером. Она рождается где-то там, далеко, но дрожь стихии обгоняет этот поток. Корабль взлетает вверх и замирает на гребне волны. Словно от ужаса перед бездной. И начинается падение. Господи! Шелест. Страшный шелест, который проносится вдоль бортов, за несколько мгновений до удара.
Удар!
Ох, дьявол!
По невидимым в темноте ступеням хлещет вода. Кто-то воет, как голодный оборотень. Нет, это ветер. Ещё один удар и я почти вижу и чувствую, с какой яростью волна бьёт в шпигаты и заливает палубу бурлящим потоком.
Удар!
Если на нас навалится двойная волна — ужас здешних мореходов, то мы погибли. Нет, я не знаю, как это переводится! Видать мало хорошего в этой волне, что её боятся все здешние моряки.
Удар!
Меня швыряет обратно и я прикладываюсь спиной в борт. О боги! Из меня чуть весь дух не вышибло! Всем телом чувствую, как там, по ту сторону борта, ревёт обезумевшая стихия. Корабль уже не скрипит, а стонет, как раненый зверь.
Удар!
Бесконечный кошмар. Видимо не всё вечно, под небом этого мира и моя бесконечная удача тоже. Почувствовал, как корабль взлетел и время остановилось. Как тогда, в бою с вампиром. Началось медленное падение вниз. Медленное и бесконечно долгое. Как в бездну.
Удар!
Меня швырнуло к переборке, я услышал громкий треск и сознание померкло. Будто свечу погасили. Наступила темнота…
Сознание возвращалось медленно. Сначала послышался шум волн, а потом почувствовал
