На Земле меня звали Сергей Вьюжин. Здесь все называют Серж норр Кларэнс. Магистр рыцарского ордена, чуть не ставший рабом. Да, врагов у меня хватает… Плен, побег и далекие южные земли, загадочные и таинственные. Новые друзья и неожиданные союзники — гномы из древнего клана. А впереди ждет опасная дорога домой, очередные тайны, сражения и боль потерь. Всё ради тех, кто ждет, верит и знает: я вернусь! Вернусь, чтобы отправиться в столицу королевства и продолжить борьбу с нежитью.
Авторы: Негатин Игорь Якубович
между серыми скалами. — Что там дальше? Ещё одна бухта?
— Не знаю! На карте больше ничего не изображено!
— Вообще ничего?!
— Белое пятно!
— Вот дьявол! — он поморщился и налёг на румпель.
Да, этими двумя ориентирами карта и ограничивалась. Дальше было гладкое и очень приличное по размерам, белое пятно. Видимо желающих не нашлось, чтобы нанести очертания этих чужих берегов. Или были, но увы — живыми оттуда не выбрались.
Всё правильно — вот вход, а там, где-то в восьмидесяти километрах отсюда, лежит деревушка Солавэй. И никакой нечистой силы, обещанной Свэном Вархэлдом не видно.
Мы пристально всматривались в берега, будто надеялись увидеть что-то очень важное для нас. Скалистые берега молчаливо возвышались над нами. Лишь наверху, на вершинах зеленели куцые заросли кустарника.
— Странно, — сказал Олег и огляделся.
— Что именно?
— Птиц не видно. Ты заметил?
Да, этих крикливых созданий и правда не видно. Что греха таить — общее впечатление от этого места не самое радужное. Тягостно как-то. Меньше чем через полчаса мы увидели ещё один проход. За ним был узкий, как кинжальное лезвие, фьорд. И тут на нас будто накатило неприятное чувство. Она так властно взяло меня за горло, что хотелось развернуться и бежать. Бежать, пока хватит сил.
Олег впился в румпель, да так, что костяшки на пальцах побелели. С каждым метром становилось всё тяжелее и тяжелее. Будто воды фьорда превратились в свинец. Невидимые волны били в борт, добавляя ужаса в эту картину. Они прогоняли чужаков, осмелившихся посягнуть на покой девственной природы. Муторно. Нам ясно давали понять — подите прочь! Понять, почувствовать, осознать и уйти. Живыми. Пока силы, охраняющие эти места от пришельцев, ещё не разозлились. По-настоящему. Чувство было таким ярким и сильным, что казалось — вытяни перед собой руку и наткнёшься на невидимую стену. Она словно обволакивала нас вязким, упругим облаком и преграждала путь. Даже дышать всё труднее и труднее. Лодка, зарывалась носом в волны и становилась всё неповоротливее.
— Её тянет… — крикнул Олег. — Руля не слушается.
— Течением?
— Не знаю… Нет.
— Давай к берегу! — прохрипел я. — Иначе утонем…
Олег, без слов, но с большим трудом навалился на румпель, и лодка, скрипя бортами, медленно повернула к берегу. Даже ветер здесь был странным. Мёртвым. Сухой, как ветра Вархэса. Двадцать минут спустя, мы — каким-то чудом — оказались среди серых камней, обросших длинными прядями водорослей. Они мерно шевелились под водой, словно щупальца. Даже здесь, на мелководье, вода казалась тяжёлой. Как смола. Казалось ещё немного и она превратится в студень.
Дно лодки заскрежетало по песку. Да, именно заскрежетало, как если бы вместо песка в днище впивались чьи-то острые зубы. Ноги вязли в песке. Мы едва сумели привязать лодку и пройдя несколько шагов, чуть не рухнули на землю.
— Серёга… — прохрипел Олег, — остановись! Убираться… отсюда надо…
— Нельзя… — я закашлялся. Сухой кашель раздирал наши лёгкие, будто мы находились в удушливом газовом облаке. В висках, кузнечным молотом стучала кровь.
— Сдохнем… мы… здесь…
— Терпи… Или жди… — голос рвался на звуки и был похож на собачий лай, — здесь… Если не вернусь… к вечеру… уходи… в Альдкамм.
— Нет… Вместе пришли, вместе и уйдем, — он, уже багровый от напряжения, с огромным трудом поднялся на одно колено.
— Тогда надо идти. Нечего… тут… разлёживаться.
Мы, помогая друг другу, поднялись на ноги и медленно двинулись вдоль берега. Пошли… На самом деле — мы едва передвигались, цепляясь на камни и высохшие стволы деревьев. Их здесь великое множество. Весь берег завален принесёнными волнами деревьями. Добела высохшие, — они напоминали скелеты невиданных животных, которые нашли смерть в этом фьорде.
Человеческие скелеты тоже были. Не прошли и ста метров, как обнаружили обломки нескольких лодок, занесённых сюда течениями и злыми северными ветрами. Рядом с этими, потемневшими от времени останками, белело около десяти скелетов.
— Странно, — сказал Олег, опираясь на гранитный валун. Стоял и тяжело дышал, будто мы не шли, а бегом бежали. В гору. С грузом.
— Что именно?
— Странно, — повторил он и зашёлся удушливым кашлем. — Их не растащили звери… Ты заметил?
Я обвёл взглядом эту стоянку и кивнул — Олег был прав. Останки никто не потревожил. Они лежали на земле в тех позах, в которых их застигла смерть. Рядом с одним скелетом лежал проржавевший топор. А вот ещё один — проржавевший почти насквозь. Даже два разбитых щита нашлось. Точнее — гнилое дерево и ржавая полоса железа, которой
