В детстве я верила в чудеса, но жизнь показала, что сказок не существует. В юности я верила, что придет день и меня спасет предназначенный мне Волк, да-да, ведь оборотни о принцах не мечтают, только о парах. Но жизнь доказала, что и любви не существует. И вот, когда до последней черты остался лишь крохотный шаг, судьба опровергла все утверждения, теперь я точно знаю, что чудеса и волки существуют. Как и любовь!
Авторы: Гусейнова Ольга Вадимовна
откровение:
— Я люблю тебя, Жак!
Он, не моргая, смотрел на меня с полминуты, потом, сглотнув, неуверенно улыбнулся и хрипло поинтересовался:
— Ты в тетради мои достоинства описывала целый час? Если — да, я тогда совсем загоржусь!
Возможно, кто-то другой бы расстроился, а может и обиделся подобному ответу, но я видела, насколько растерялся мой Волк. Он пытался скрыть удивление, но был слишком ошеломлен наверняка неожиданным признанием, вот и ляпнул первое, что пришло в голову, лишь бы не молчать. Поэтому, обняв его, прижалась щекой к его плечу, затем подняла лицо и, уже совсем робко заглянув ему в глаза, шепнула:
— В тебе так много достоинств, что для них не хватит всех этих тетрадей.
Жак обхватил широкой теплой ладонью мое лицо и по-прежнему хрипло переспросил:
— Значит мне не послышалось, ты правда меня любишь?
— Ага! — На моих щеках от жара смущения, наверное, яичницу уже жарить можно.
— А я тебя… до самой смерти! — выдохнул он.
Облизнув пересохшие губы под потяжелевшим взглядом Жака, я улыбнулась чуть свободнее и озорнее:
— Как в сказках? И жили они долго и счастливо и умерли в один день?
Жак усмехнулся, наклонился и, целуя меня в лоб и виски, поглаживая пальцами мои скулы, шепнул:
— Только так! Любимая!
Глава 9
Теплый ветерок треплет волосы, яркое полуденное солнце слепит глаза, заставляя меня жмуриться будто довольную кошку. Как же приятно сидеть на лавочке и наблюдать за жизнью детской площадки! В этом разноцветом мирке очаровательных малышей, пластмассовых ведерок, совочков, машинок, в окружении деревьев я чувствую себя спокойно. Хотя нет-нет, да кручу головой по сторонам и оборачиваюсь, чтобы увидеть, как в сотне метров позади, возле старинного серого замка Морруа, беседует десяток мужчин.
Но меня интересует лишь один из них — Жак. Сегодня он впервые отошел от меня так далеко, испытывая свою и мою выдержку, но так, чтобы я была в пределах его видимости. И мне спокойнее, и ему. Рядом с моим Волком, возвышаясь над ним на целую голову, стоит Тьерри Морруа. Они все утро и часть дня обсуждают со строителями и специалистами-консультантами ремонт стены, пострадавшей во время взрыва. К досаде владельцев и жителей поместья, в ней образовалась трещина.
Тьерри Морруа… истинный мессир, да, Жак прав, Фабиус де Лавернье совсем не тянул на этот титул, безумец нагло присвоил это гордое и ответственное звание. По-другому и не скажешь. Глава клана и Европейского совета при первой встрече, неделю назад, потряс меня до последней жилочки. Увидев его, ощутив сокрушительную силу ауры и мощи внутреннего зверя, я дрожала как осиновый лист. Даже не осознавая, поскуливала от ужаса. Кошмары прошлого оказались столь сильны, что я почти не соображала, что со мной творится. Жак, взбудораженный моим состоянием, под влиянием своего волка, рвавшегося на защиту пары, готов был сам кинуться на любого.
Как это не удивительно, но положение спас мессир — проигнорировал злобный и ревнивый рык Жака, спокойно шагнул ко мне, легонько приобнял за плечи, отвлекая меня от пары и прижал к своей мощной, широкой груди. Потом пару минут размеренно гладил меня по волосам, тепло, по-отечески ласково и покровительственно. Волк урчал внутри хозяина, делился со мной силой, спокойствием и уверенностью, пока мое тело само по себе расслабилось, волчица признала вожака стаи. Того, кто всегда впереди, ведет и защищает слабых. Первым встречает грудью любую опасность, заслонит от угрозы и, если надо будет, умрет за своих. Как мой прежний вожак Амадео, который погиб в огне, пытаясь спасти ребенка.
День появления в моей жизни Жака и встречу с мессиром Тьерри, первую, но очень многое изменившую, я не забуду никогда. Именно эти два вера позволили мне, наконец, ощутить себя дома, в безопасности, поверить окончательно, что моя личная сказка не выдумка, а реальность. Помогли расслабиться.
И Милана Морруа, пара Тьерри, — хрупкая тоненькая брюнетка с удивительными серыми умными глазами, похожая на фарфоровую статуэтку. Полукровка с необычным даром находить пары. Сопоставить их вместе с мессиром было сложно, слишком эфемерная она и громадный и основательный он. Как сказочная феечка и великан. Но противоположности притягиваются, как со смехом поделилась со мной Милана, поймав мой озадаченный, любопытный взгляд.
Луна, как же мне повезло встретить на своем жизненном пути эту чудесную женщину, деятельную, острую на язык, но при этом светлую и добрую! Младше меня на пятнадцать лет, она, тем не менее, отнеслась ко мне как старшая сестра и ненавязчиво опекает. Мне так легко и приятно следовать за ней, слушать ее рассказы о России, ее семье и приключениях.
