Подари мне нежность

пара.
Собачка вскочила и, словно соглашаясь, лизнула его в нос, окончательно растопив сердце Лахлана.
– Она твоя, тут нет никаких сомнений, – счастливо улыбаясь, произнесла Гонора.
– Думаю, Артэр заслуживает как раз вон ту, – кивнул Лахлан на второго щенка, развлекавшегося от души. – Нужно отнести ее к нему прямо сейчас.
– Думаешь, он не будет против? – уточнила Гонора.
Лахлан взял свою собаку на руки и встал.
– Нет. Поверь, я знаю, что говорю. Ему нужна именно такая женщина. Она пойдет ему на пользу.
У Гоноры имелись некоторые сомнения насчет мотивов Лахлана, но она очень хотела, чтобы и последний щенок обрел дом и хозяина. Если Артэру собака не понравится, может быть, Адди согласится взять ее себе вместе со Смельчаком. Нельзя, чтобы щенок остался бездомным. Он не сумеет о себе позаботиться. Так или иначе, но хозяин ему необходим.
Они вышли из конюшни. Лахлан опустил собаку на землю. Пусть вместе сестрой бегут вперед.
Дунул порыв холодного ветра, и Гонора сообразила, что оставила в конюшне плащ.
– Я принесу, – предложил Лахлан.
– Не нужно. Я помню, где его бросила, – ответила Гонора и торопливо вернулась в конюшню. Забрав плащ с бочонка, она накинула его на плечи и остановилась в дверях конюшни, закутываясь поплотнее и с восторгом глядя, как Лахлан бегает наперегонки с обеими собаками.
Она уже сделала шаг вперед… и это было последним, что Гонора запомнила. А потом все погрузилось во мрак.
Лахлан ворвался в большой зал. Следом за ним бежали тявкающие щенки.
Каван уже хотел сказать что-нибудь насмешливое, но тут увидел обезумевшее лицо Лахлана и сообразил, что жены рядом с братом нет.
– Я не могу найти Гонору! – выпалил Лахлан. – Она только что была рядом, а потом вдруг куда-то исчезла. Она пошла в конюшню, чтобы забрать свой плащ. Я оставался со щенками снаружи, буквально в нескольких футах, и видел, как она стояла в дверях и надевала плащ. Щенки на мгновение отвлекли меня, а когда я снова обернулся, она исчезла. Я помчался в конюшню, но Гоноры там не было!
– Ты везде искал? – спросил Артэр.
– За конюшней, на опушке леса, везде. Но там ничего нет, даже следов, по которым можно пойти. Я не понимаю, как она могла так быстро исчезнуть. Один миг! Я стоял прямо там, всего в нескольких футах!
Каван, его братья и Адди, отказавшаяся сидеть дома, кинулись на поиски Гоноры. Очень скоро к поискам присоединилась вся деревня. Жители успели полюбить Гонору и очень встревожились.
Каван был просто вне себя, но все же понимал, что, должно быть, думают в деревне. Если даже жену лэрда похитили так запросто, о какой безопасности клана можно говорить? Но Каван знал, что исчезновение Гоноры никак не связано с безопасностью клана. Это все честолюбивые происки ее отчима, и скорее всего он продумал все давным-давно, еще до того, как Каван вернулся домой.
Пока Каван не мог понять, в чем смысл похищения, но, может быть, если клан узнает о вероломстве Калума, они смогут чем-то помочь. Так что скоро все узнали правду, и Кавану оставалось только ждать.
Он ушел в свои покои. Просто был вынужден – ему казалось, что он вот-вот взорвется, так велик был его гнев. Ему хотелось рвать и метать, хотелось накинуться на кого-нибудь с кулаками. Он хотел, чтобы жена вернулась назад, целая и невредимая, хотел обнять ее, хотел, чтобы она снова лежала в его постели. Он хотел сказать ей о своей любви, сказать, что он готов вечно лелеять ее.
Господи, почему он не сказал Гоноре, что любит ее?
Он перевернет небеса и преисподнюю, лишь бы вернуть Гонору. Не важно, какой ценой, пусть даже ценой собственной жизни, но Гонору он спасет.
Каван упал на стул отца, стоявший у стола, – теперь его собственного, уперся в него локтями и уронил голову на руки. Он чувствовал себя окончательно сломленным. Ему хотелось оседлать коня и галопом мчаться на поиски жены, и все же он понимал, что это неправильно. Нужно посылать людей, искать следы, все как следует обдумать, а все это время его жена, вполне возможно, будет страдать.
Каван грохнул кулаком по столу. Ему хотелось взреветь в полный голос, но вместо этого он просто вышел из комнаты.
– Калума уже нашли? – спросил Каван братьев, стоявших на улице.
Шел сильный снег, заметая землю.
– Никто его не видел, – мрачно ответил Артэр. – А теперь проклятый снегопад…
– Скоро заметет все следы, – докончил мысль Лахлан. – Но все же мы успели отправить на поиски людей до того, как пошел снег, так что, надеюсь, скоро у нас появятся хоть какие-то новости.
– Это мог быть только Калум, – произнес Каван, метавшийся перед входом в замок.
– Я понимаю, что тебе не терпится самому ехать на поиски…