По дорогам Вечной империи скитается лекарь, не желающий, чтобы его использовали в чужих интересах. К сожалению, умелые хирурги и целители нужны всем: любым властям, династиям и силам, стоящим по ту или иную сторону гражданской войны. Но хуже того, его стремится использовать в своих целях и первосвященник официальной религии. А в прошлом лекаря присутствуют не самые удачные моменты. Адептов чужих религий и их жрецов уничтожают со всей возможной жестокостью. Вот и выходит, что лучше бежать и скрываться, чем отвечать на вопросы опасных людей из Храма Солнца. И правильнее будет не демонстрировать умение колдовать, а то и на костер угодить недолго.
Авторы: Лернер Марик
не выход. Их не оставят в покое, трудно ожидать от победителей снисходительного отношения к проигравшим мятежникам. Война продолжится, но в гораздо худших условиях. Кроме того, еще существовал шанс свести сражение к ничейному результату. Это огромный риск, но, объединившись с огородившимися телегами и ставшими намертво в оборону аголинами, он получал на будущее благоприятный вариант развития событий. Теперь им просто некуда было деваться – так что, хоть вынужденно, а подчинятся ему.
На этот раз сильно хитроумный фем Коста сам себя обманул, поставив Джада Годраса с ближайшими родственниками и союзниками на левое крыло в качестве прикрытия и фактически отстранив от сражения. В результате он неизвестно где, армия разбегается под натиском противника, а люди Годраса в полном составе и готовы к бою. Насколько все-таки военное счастье переменчиво! Такое хорошее начало – и столь отвратительный результат.
Поле будто специально приготовлено для сражения. В принципе, ничего удивительного. Провинции Омкара и Вергезе – это истинный рай для скотоводов. Лесистая прибрежная низменность, постепенно поднимаясь, сменяется цепью невысоких холмов и переходит в огромную, заросшую травой равнину. Среди предков здешних жителей были и скотоводы, и земледельцы, однако природа сама диктует условия, а человек быстро выясняет, что для него выгоднее.
Здесь множество мелководных рек и ручейков, но если бы не регулярные дожди, все бы давно засохло, и осталась одна голая земля. Дожди неизменно и часто приходят со стороны морского побережья и позволяют выживать многочисленной растительности. С давних пор здешние земли являются поставщиком для всей империи многочисленных табунов лошадей и медленно бредущих по пастбищам бесконечных стад быков. Конечно, маленькие огородики или бахчи есть, но основным занятием населения издревле является именно разведение лошадей и скотоводство.
Еще утром они построились друг напротив друга и стояли так почти до полудня, ожидая, пока подсохнет земля. Имея в составе обеих армий огромное количество кавалерии, делая ставку в основном на нее и в первую очередь на тяжелую, не было смысла начинать атаку при большой вероятности завязнуть в грязи.
С виду оба войска имели приблизительно одинаковые размеры и состав. Тридцать-тридцать пять тысяч конников, из которых приблизительно четверть тяжелых, и семь-десять тысяч пехоты. У Косты в основном аголины и немного городских стражников, у Марвана, соответственно, такие же стражники и два полка Легиона. Естественно, при подсчете учитывали воинов или считающихся таковыми, а всякий обозный сброд в расчет не принимался. Да и прикидки его были достаточно приблизительными. Отряды, приведенные фемами одного звания, очень различались по степени обучености, вооружению и количеству. Причем это касалось и мятежников, и их врагов.
Когда солнце достигло зенита, войска тронулись вперед. Наверное, Акбар долго и со вкусом смеялся бы. Его хайдут, помогавший Джаду с организацией и специально приставленный братом для подсказки, скривился, будто лимон скушал. Армии бились без особых изысков и мало замечали соседей. Просто ломились вперед, стремясь уничтожить врага. Одно сражение моментально распалось на множество больших и малых стычек, и практически невозможно было разобраться, кто берет верх. Над полем боя повисли страшный грохот железа, слышный на несколько лиг, яростные крики дерущихся и ржанье коней. Фронт колебался то туда, то сюда, ничего было не разобрать, даже в подзорную трубу.
Фем Коста, как оказалось, вовсе не являлся полным бараном, надеющимся на «задавим героизмом и натиском». Пока основная масса резалась на поле, а пехота, отстав, не могла принять участия в бою, да особо и не рвалась, он провел свое личное войско – почти треть от общего количества – прикрываясь холмами, и ударил во фланг и тыл армии Марвина. В пылу схватки те не сообразили, кто и откуда на них обрушился, а потом стало поздно. Зажатые с трех сторон сторонники визиря не выдержали кровавой рубки и начали разбегаться.
Победа была уже под самым носом, тем более что Джад со своими людьми по-прежнему стоял, не получив сигнала к атаке, и мог окончательно решить исход сражения. Фем Коста или не захотел, или не вспомнил об этом. Он вообще не сумел удержать свои войска. Как раньше они рубились без всякого плана, так и сейчас не собирались выполнять приказы. Бегущие враги открыли дорогу к обозу, и победители мгновенно забыли о необходимости махать мечами. Их ждала добыча, как водится, немалая. Большая часть всадников пошла воевать именно в надежде получить нечто материальное, а до сих пор имела в основном мозоли и раны.
Слабая попытка сопротивления была моментально
