По дорогам Вечной империи скитается лекарь, не желающий, чтобы его использовали в чужих интересах. К сожалению, умелые хирурги и целители нужны всем: любым властям, династиям и силам, стоящим по ту или иную сторону гражданской войны. Но хуже того, его стремится использовать в своих целях и первосвященник официальной религии. А в прошлом лекаря присутствуют не самые удачные моменты. Адептов чужих религий и их жрецов уничтожают со всей возможной жестокостью. Вот и выходит, что лучше бежать и скрываться, чем отвечать на вопросы опасных людей из Храма Солнца. И правильнее будет не демонстрировать умение колдовать, а то и на костер угодить недолго.
Авторы: Лернер Марик
Старый просто не справлялся с огромными заказами Акбара, возжелавшего добиться точной стрельбы из мушкетов и пушек от вчерашних земанов, и с предложениями приобрести порох, поступавшими от соседей. Нашелся достаточно простой выход – положить в обыкновенные бочки медные шары. Эти «мельницы в миниатюре» намного повысили производительность.
Пушки уже отливали не в городах, а на собственном заводе. Мало-помалу в семи лигах от его поместья вырос целый производственный городок с многочисленными квалифицированными оружейниками. Не в одном Ренодоре или столице можно, оказывается, создавать металлургическое производство.
Пока на сторону шло не свыше половины товаров, и Джад четко контролировал, кому и по какой цене их продавать, как и порох, клинки, и даже очередное изобретение Акбара – кирасы вместо старых и неудобных лат. По нынешним временам они мало помогали от огнестрельного оружия, не имело смысла заковывать бойцов целиком в железо. Уменьшение веса, выросшая подвижность… При этом кирасы неплохо защищали от холодного оружия. Как и от пуль на излете.
Девяносто орудий отправились к граничарам и, кроме золота, дали неплохой выход на готовых служить в сотнях тамошних жителей, предлагающих свои услуги. Еще два десятка он поставил ближайшим союзникам. Достаточно внятный намек на свои немалые возможности.
Джад потратил на туманный армейский прожект целое состояние, и был прав. Выиграй Годрасы в этой заварухе, и все окупится многократно. Проиграй, все одно земли и доходы конфискуют. Незачем скопидомничать и держать в сундуке сокровища, если их можно истратить с пользой для дела.
Вот прямо сейчас потраченное золото его спасло. Джад остановил коня и приветствовал брата поднятием руки. Кидаться с объятиями было неуместно. Да и непривычно. Как-то не принято в старых семьях проявлять радость на людях. Младший брат исполнил свой долг, явившись на выручку к главе семьи, не так ли? Молодец, но больше обычной похвалы не заслуживает. Он сделал положенное, и не выше того.
– С какой стати мы обязаны выслушивать твои распоряжения? – раздраженно блеял, подбоченясь, кряжистый мужик с бородой.
Рядом торчали еще двое и бросали на Акбара подозрительные взгляды.
– Если у вас в забитых вшами головах присутствуют остатки мозгов, – вскричал один из свиты брата, – сделаете!
Джад напрягся и вспомнил имя – Текин фем Найзак. Все-таки верхний слой командиров он помнил без подсказок.
– Да ты хто такой! – возмутился аголин, хватаясь за топор.
Всадники взялись за рукояти сабель.
– Учить нас вздумали, – зло заворчали двое других, отодвигаясь. Один вполне откровенно махнул, подзывая своих людей, неприятно зыркавших глазами. – Ходите-ка по добру по здорову, сами как-нибудь разберемся.
– Прекратить! – с нажимом приказал Джад, – еще не хватает со своими рубиться.
– Это кто же нам свои? – отчетливо произнесли из собирающейся толпы, ощетинившейся оружием.
– Нам одни старейшины указ, а не фем с горы!
– Угрожать? – наливаясь кровью прошипел Текин.
– Щас попробуем господские латы на прочность, – примериваясь неприятного вида молотом с острым наконечником, пообещал еще один.
– С этими воюйте. Сами! – показав на поле и движущиеся в их сторону шеренги Легиона, заявил Джад. – За мной! – не дожидаясь ответных речей, приказал он всадникам и повернул коня. Остальные последовали за ним.
Люди нехотя расступались, отчетливо ругаясь и махая оружием. Мелькали и женщины, они возбужденно плевались и что-то выкрикивали. Нет, они не собирались на него кидаться – пока. Тем не менее, Джад отложил на соответствующую полочку мысль: все еще хуже, чем он думал. В этом отношении его система информации дала ощутимый сбой.
С аголинами вообще трудно иметь дело. Посторонние на откровенность рассчитывать не могут, а члены общины редко идут против слова старейшины. То, что они испуганы и не доверяют фемам – понятно. Демонстративный отказ от совместных действий и отсутствие желания подчиняться профессионалам – уже совсем другой вариант. Как самостоятельная сила, аголины становятся опасны, и с их самовольством придется кончать.
Он молча смотрел на установленные одна возле другой повозки, скрепленные цепями за колеса, чтобы не дать растащить или опрокинуть атакующим. Два внешних ряда, два внутренних. Джад достаточно соображал, чтобы понять возможности такой подвижной крепости с твердыми тяжелыми стенами и приготовившимися за ними бойцами с копьями, палицами, цепами и топорами. Любой, попытавшийся взять штурмом укрепление, заплатит немалой кровью. На триста повозок здесь не менее шести тысяч вооруженных аголинов. А у многих
