По дорогам Вечной империи скитается лекарь, не желающий, чтобы его использовали в чужих интересах. К сожалению, умелые хирурги и целители нужны всем: любым властям, династиям и силам, стоящим по ту или иную сторону гражданской войны. Но хуже того, его стремится использовать в своих целях и первосвященник официальной религии. А в прошлом лекаря присутствуют не самые удачные моменты. Адептов чужих религий и их жрецов уничтожают со всей возможной жестокостью. Вот и выходит, что лучше бежать и скрываться, чем отвечать на вопросы опасных людей из Храма Солнца. И правильнее будет не демонстрировать умение колдовать, а то и на костер угодить недолго.
Авторы: Лернер Марик
не пришло. Наверное, потому, что они еще не полноправные солдаты Легиона. Огнестрельное оружие стоит дорого, и им не разбрасываются. Ничего, они и так сумеют дать отпор.
Из-за угла на площадь выплеснулась толпа людей в грязных белых хламидах, вооруженных самым разнообразным оружием. В ход пошло все, что имелось, от вполне приличных мечей до кухонных тесаков и топоров. Многие повстанцы были не только грязными, на одежде у них проступали пятна крови. Передние ряды затормозили при виде шеренги воинов в полном вооружении, но задние продолжали напирать, толкая их вперед.
Маленький плюгавый человечешка из первых рядов что-то крикнул на странном диалекте и взмахнул серпом.
– Пришло время убивать, – сквозь зубы перевел Феликс, поймав вопросительный взгляд Навсара, – их, в смысле, нас, мало!
Толпа взревела, люди сорвались с места и побежали. Они хотели ударить в строй всей массой и смять преграду.
– Готовсь! – зарычал Сэмуэл, – пора показать, что вы не стадо блеющих козлов, а тигры!
Прямо на Навсара огромными прыжками несся здоровенный мужик с большой дубинкой в руках. Навсар привычно поднял щит, подставляя его под удар, и, не раздумывая, ударил противника в открытый живот мечом. Мимо падающего с изумлением на лице убитого уже бежало множество других повстанцев. Удар, удар, еще удар. Кровь брызгала на руки и лицо.
В первые мгновенья Навсар боялся, что в пылу драки забудет все, чему его учили, но тело само делало работу без участия головы. Удар, удар, снова удар. У большинства нападавших не было даже щитов, каждый действовал в одиночку, и больше всего это походило не на бой, а на резню бешеных животных. Устоявшие под первым натиском повстанцев новобранцы дальше действовали как на многократных тренировках.
Напирающая толпа не давала развернуться и отступить даже тем, кто этого хотел, мешала двигаться. Подбегали все новые люди, но они могли только стоять за спинами передних и не имели возможности дотянуться до врага. Тела падали под ноги, мешали нападавшим, но давление толпы продолжалось. Очередной безумец замахнулся коротким копьем – и получил укол в горло.
– А-р-р-а, – зарычал сержант. – Вперед! – А-р-р-а! – подхватили в строю.
Первая шеренга сделала шаг. Задние ряды устремились следом, подпирая товарищей. Привычный удар щитом, укол мечом в отшатнувшегося мужичка. Ни в коем случае не в грудь – можно наткнуться на ребро. Лучше в живот. Иногда в горло. Шеренга работала как единый механизм. Месяцы учебных боев не прошли даром. Под ногами захрустела рука, на которую Навсар наступил. Убитый или нет, уже неважно. Задние ряды добьют, если потребуется.
– А-р-р-а!
Еще шаг, новые убитые. Многорукая машина смерти собирала обильную жатву. Люди уже не стремились нападать, они хотели убежать. Рванули назад, уклоняясь от столкновения.
– А-р-р-а!
Спины и головы не менее хороши для удара, чем живот. Еще один свалился, получив по шее, голова другого, визжащего от ужаса, раскололась, а меч чуть не выскользнул из руки. Куш ударил в живот оскалившегося мужика, замахнувшегося топором. Еще один мужик упал под ноги. Подкованный сапог расчетливо наступил на горло. Если недобитый и мог ударить с земли по ногам, теперь уже никогда не встанет.
– А-р-р-а! – радостно орал сержант.
Больше не было горящих гневом и ненавистью лиц, только разбегающиеся при виде стаи волков бараны. Строй шел, сметая последних дураков, посмевших напасть на Легион. Сопротивление подавили, только немногие метались по заваленной трупами площади и умирали. Приказа брать пленных не поступало. Был приказ уничтожить мятежников.
Сержант схватил за плечо Тора.
– Что у тебя с ногой?
– Да вроде ничего, – растеряно сказал тот и провел ладонью по штанине. На руке осталась кровь.
– Это бывает. В горячке не заметил. Марш назад, пусть целитель посмотрит.
– Я нормально себя чувствую.
– Вижу я, – усмехнувшись, сказал Сэмуэл, – еле ходишь. Или желаешь оспорить прямой приказ? – с угрозой спросил сержант.
– Нет, – поспешно пробормотал Тор, он знал, что бывает за такие вещи. Но сейчас плохо соображал и рисковать не хотел. Где кончается тонкий сержантский юмор и начинается вразумление палкой, лучше не проверять.
Сэмуэл прошел мимо своего взвода, внимательно осматривая каждого. Еще у нескольких новобранцев имелись мелкие порезы. Одного тоже отправил на перевязку.
– Тяжелораненых нет, убитых нет, – сказал он, наконец. – Двое через день или два смогут встать в строй. И что это значит?
– Что мы уже можем считать себя солдатами! – громко заявил Куш под одобрительный гул остальных.
– Это значит, – пояснил сержант,
