По дорогам Вечной империи скитается лекарь, не желающий, чтобы его использовали в чужих интересах. К сожалению, умелые хирурги и целители нужны всем: любым властям, династиям и силам, стоящим по ту или иную сторону гражданской войны. Но хуже того, его стремится использовать в своих целях и первосвященник официальной религии. А в прошлом лекаря присутствуют не самые удачные моменты. Адептов чужих религий и их жрецов уничтожают со всей возможной жестокостью. Вот и выходит, что лучше бежать и скрываться, чем отвечать на вопросы опасных людей из Храма Солнца. И правильнее будет не демонстрировать умение колдовать, а то и на костер угодить недолго.
Авторы: Лернер Марик
извлечь лично для себя как можно больше пользы. Чинуши стремились выжать из провинции богатство в кратчайшие сроки, не задумываясь о последствиях.
Ничего ужасного Ошидар в происходящем не находил. Столичным жителям все равно вся остальная страна представляется глухой провинцией, пребывание в которой недостойно утонченного человека. Для высшего слоя фемства назначение даже на должность губернатора провинции представлялось наказанием. О происходящих в глубинке процессах вельможи столицы имели самое смутное представление. Знать давно пустила все на самотек, не пытаясь улучшить жизнь в стране. В отличие от местных владетельных фемов. Да, они не забывали и себя, но их деятельность во многом шла на пользу простому люду. Лучше живут твои вассалы – больше желающих уйти под твою руку.
Если бы не младший брат, он бы и сам не знал большинства подробностей – все началось не вчера и продолжалось достаточно давно, поэтому воспринималось как совершенно нормальное явление. Санджан никогда не проявлял желания стать воином. Напротив, с ранних лет он показал огромное стремление к знаниям. Отец несколько лет бился, пытаясь превратить сына в настоящего фема, а потом пожал плечами и разрешил тому заниматься чем угодно. Хочет, пусть читает книги, хочет, пусть изучает налогообложение и нужды крестьян. Все одно толку не будет, вот старший сын и наследник вполне соответствовал его ожиданиям, регулярно обучался воинскому делу и не забывал о чести и долге.
К удивлению отца, в результате Санджан не превратился в очередного бессмысленно вещающего философа. Отнюдь. Из него вышел прекрасный управляющий, хорошо осведомленный, что происходит в любом конце их огромного поместья, разбросанного по трем провинциям. Подчиненных фемов он крепко держал в кулаке, зная всю подноготную их доходов и семейных дел. Обмануть его еще никому не удалось.
Они с Ошидаром замечательно дополняли друг друга и не соперничали. Слишком разные интересы. Младший охотно делился знаниями со старшим, а тот в свою очередь являлся для него защитой. Железная перчатка воина и умение получать золото не разъединяли, а сплачивали. Каждому свое, и одно без другого не существует. Зависти между ними не было, слишком уж разные устремления, и братья нередко действовали совместно в различных начинаниях.
Чем ближе к центру лагеря, тем больше и красивее шатры и палатки. Запах десятков тысяч тел и животных, а также их испражнения, создавали крайне неприятное амбре, которое очень трудно было терпеть. Ошидар невольно вспомнил нудные наставления отца о необходимости гигиены и выкопанных выгребных ям.
В детстве эти нравоучения изрядно раздражали, война представлялась красивым действием и бесконечным героизмом. Потом он слегка повзрослел, но такого бардака и представить себе не мог. Все-таки его учили, и на совесть. Когда тебя самого в воспитательных целях посылают копать яму после тяжелого перехода, это не слишком приятно, но в обязательности процедуры он убедился на практике.
Вдоль шеренги новобранцев медленно шла группа офицеров. Те внимательно рассматривали оружие и снаряжение, рылись в сумках, поднимали их, прикидывали вес. Проверяющие выясняли важную вещь – достаточно ли у солдат сухарей. Контролировали, все ли, что обязаны, принесли. Воин без оружия и трехдневного пайка не просто изгонялся, его секли плетями, серьезные неприятности могли возникнуть и у его хозяина. А вот одежда никого не волновала, одевались кто во что горазд. Никакого намека на общую форму, многие явились даже без гербов своих господ на одежде. Потом в бою сложно будет разобраться, кто откуда.
Раз в году один месяц каждый фем проходил подготовку в составе своего отряда. В теории. На деле многие давненько не присутствовали на сборах. Хозяйство важнее, а война – это где-то в прошлом или очень далеко. Можно было с уверенностью заявить о недостаточной подготовке большинства присутствующих. Одна радость, что у противника массы обучены ничуть не лучше.
Они спешились у роскошного шатра под развевающимся на ветру флагом фема Косты с леопардом, стоящим на задних лапах. Как выяснилось, можно было и не торопиться. Перед шатром стояло не меньше десятка человек в разных званиях. Вызывали их одного за другим. Некоторые выходили быстро, другие оставались внутри довольно долго. Смотрелось это все равно неприятно, будто тебе указывали место. Слишком явно сквозило пренебрежение. Могли бы пригласить и вне очереди. Ранг фема Годраса допускал это без всяких сомнений.
Отец отдал несколько распоряжений и все с тем же неподвижным лицом проследовал внутрь.
– Скопище идиотов, – пробормотал дядька Акбар, обходя очередную кучу, наваленную прямо на дороге. – Ни
