Подмененная

— Это вполне естественно, Ребекка. Думаю, твоя покойная мать пожелала бы ему удачи. Они очень любили друг друга.
— И поэтому он опять собирается жениться!
— Видимо, ему очень одиноко. Ему нужна жена, семья. Он — восходящая звезда политики. Мужчине в его положении просто необходимо быть женатым. Я знаю, как долго он был безутешен. Надеюсь, ему повезло и он вновь сумеет обрести счастье.
— Но причем здесь я?
— Он хочет, чтобы ты переехала и жила в его доме, ты и Белинда.
— А Люси?
— Она, наверное, останется здесь. Не беспокойся за нее. Мы о ней позаботимся.
— Но я пообещала… — запнувшись, я продолжила:
— Я поклялась заботиться о ней всю жизнь.
— Мы понимаем твои чувства. Думаю, следует подождать развития событий. Скоро Бенедикт приедет сюда.
— Я никогда не брошу Люси.
— Лучше всего подождать.
— На ком он хочет жениться?
— Он не сообщил. Должно быть, на ком-то, с кем познакомился в Лондоне или в Мэйнорли. В своей деятельности ему приходится встречаться с множеством весьма достойных людей.
— Мы можем быть уверены, что она достойная женщина.
— Не будь так строга к отчиму, Ребекка. Я надеюсь, и ему доведется испытать счастье.

Ввиду предстоящего приезда Бенедикта в доме царило некоторое замешательство.
Дедушка заметил:
— Наверное, он несколько расстроен тем, что Дизраэли так долго остается у власти. Должно быть, уже лет пять. Но популярность Гладстона растет.
Вероятно, через год-другой у нас будет новое правительство и это не будет правительство Дизраэли.
— Вот что самое плохое в политике, — ответила бабушка. — Слишком многое в ней зависит от везения, от того, кто уходит и кто появляется. Годы проходят в ожидании, пока человек состарится. А ведь это может значить, что самым многообещающим политикам так и не удастся проявить себя. Но я уверена: если либералы победят, Бенедикт получит пост, по крайней мере, заместителя министра — для начала. В нем есть напористость, и совершенно очевидно, что он — незаурядный человек. Он из тех, кто сумеет укрепить позиции своей партии.
— М-да, — с сомнением протянул дедушка.
— Я понимаю, о чем ты вспомнил… это дело со смертью его первой жены.
Теперь они свободно разговаривали в моем Присутствии. Это означало, что меня признали взрослой. В семье не было секретом, что Бенедикт до брака с моей матерью был женат на Лиззи Морли и через нее получил золотой рудник, заложивший основу его огромного состояния, что эта Лиззи скоропостижно скончалась при загадочных обстоятельствах, хотя потом выяснилось, что она страдала от заболевания, вызывавшего мучительные боли и означавшего неизбежную смерть, поэтому, в конце концов, решилась лишить себя жизни.) В итоге, все благополучно разрешилось, но подобные события обычно создают вокруг человека некий неприятный ореол. Люди забывают о твердо установленных фактах, зато помнят, что в случившемся что-то было неладно.
— Что ж, — сказал дедушка, — возможно, причина в этом.
— Ему будет полезно иметь нормальную семью, — добавила бабушка.
— Боюсь, что он никогда не сможет позабыть Анжелет. С самого начала, когда он приехал сюда совсем еще юношей, я понял, что между ними возникло какое-то особое чувство.
Голос дедушки задрожал, и бабушка поспешно сменила тему разговора.
— Ладно, поживем — увидим, — быстро сказала она. — Я уверена, что все обернется к лучшему.
Я подумала: «К лучшему ли? Он собирается снова жениться, потому что женитьба поможет его политической карьере. По той же причине мы с Белиндой должны изображать его семью. Он всегда руководствуется собственными мотивами. Лиззи принесла ему золотой рудник, моя мама принесла ему любовь, а эта новая женщина и мы с Белиндой будем изображать счастливое семейство, потому что это понравится избирателям».
Я была уверена в одном: никто не сумеет разделить меня и Люси.
Как обычно накануне его приезда, я мысленно представляла человека самонадеянного, властного, понимающего, что я не люблю его, и оттого презирающего меня — ведь он настолько замечателен, что всякий, отказывающийся признать это, несомненно, является дураком. Когда он приезжал, реальная картина всегда отличалась от придуманной мною, и это приводило меня в легкое замешательство.
Мой отчим приехал во второй половине дня и почти немедленно уединился с бабушкой и дедушкой для разговора.
Потом ко мне в комнату зашла бабушка.
— Бенедикт хочет поговорить с тобой, — сказала она, — Мне кажется, он действительно хочет сделать все наилучшим образом.
— Наилучшим для него, — уточнила